Советы восставшим рабочим 1905г. Революцию делают маргиналы...

Ответить

Гость »

Сто лет прошло, но как же актуально

1. Советы восставшим рабочим
Боевая организация при Моск. Ком. РСДРП.



Товарищи! Началась уличная борьба восставших рабочих с войсками и полицией. В этой борьбе может много погибнуть наших братьев, борцов за свободу, если все вы не будете держаться некоторых правил. Боевая организация при Московском Комитете Российской Социал-Демократической Рабочей Партии спешит указать вам эти правила и просит вас строго следовать им.

1. Главное правило - не действуйте толпой. Действуйте небольшими отрядами, человека в три-четыре, не больше. Пусть только этих отрядов будет возможно больше. И пусть каждый из них выучится быстро нападать и быстро исчезать. Полиция старается одной сотней казаков расстреливать тысячные толпы. Вы же против сотни казаков ставьте одного-двух стрелков. Попасть в сотню легче, чем в одного, особенно если этот один неожиданно стреляет и неизвестно куда исчезает. Полиция и войска будут бессильны, если вся Москва покроется этими маленькими неуловимыми отрядами.

...
2.Кроме того, товарищи, не занимайте укреплённых мест. Войско их всегда сумеет взять или просто разрушить артиллерией. Пусть нашими крепостями будут проходные дворы и все места, из которых легко стрелять и легко уйти. Если такое место и возьмут, то никого там не найдут, а потеряют много. Всех же их взять нельзя, потому что для этого каждый дом нужно населить казаками.

3.Поэтому, товарищи, если вас кто будет звать куда большой толпой и занять укреплённое место, считайте того глупцом или провокатором. Если это глупец - не слушайте, если провокатор - убивайте. Всегда и всем говорите, что нам выгоднее действовать одиночками, двойками, тройками, что это полиции выгодно расстреливать нас оптом, тысячами.

4.Избегайте также ходить теперь на большие митинги. Мы увидим их скоро в свободном государстве, а сейчас нужно воевать и только воевать. Правительство это прекрасно понимает и нашими митингами пользуется для того, чтобы избивать и обезоруживать нас.

5.Собирайтесь лучше небольшими кучками для боевых совещаний каждый в своем участке, и при первом появлении войск рассыпайтесь по дворам. Из дворов стреляйте, бросайте камнями в казаков, потом перелезайте на соседний двор и уходите.

6.Строго отличайте ваших сознательных врагов от врагов бессознательных, случайных. Первых уничтожайте, вторых щадите. Пехоты по возможности не трогайте. Солдаты - дети народа и по своей воле против народа не пойдут. Их натравливают офицеры и высшее начальство. Против этих офицеров и начальства вы и направьте свои силы. Каждый офицер, ведущий своих солдат на избиение рабочих, объявляется врагом народа и ставится вне закона. Его безусловно убивайте.

7.Казаков не жалейте. На них много народной крови: они всегдашние враги рабочих. Пусть уезжают в свои края, где у них земли и семьи, или пусть сидят безвыходно в своих казармах, - там вы их не трогайте. Но как только они выйдут на улицу, - конные или пешие, вооружённые или безоружные, - смотрите на них как на злейших врагов и уничтожайте без пощады.

8.На драгун и патрули делайте нападение и уничтожайте.

9.В борьбе с полицией поступайте так. Всех высших чинов, до пристава включительно, при всяком удобном случае убивайте. Околоточных обезоруживайте и арестовывайте, тех же, которые известны своей жестокостью и подлостью, тоже убивайте. У городовых только отнимайте оружие и заставляйте служить не полиции, а нам.

10.Дворникам запрещайте запирать ворота. Это очень важно. Следите за ними, и если кто не послушает, то в первый раз побейте, а второй - убейте. Заставляйте дворников служить опять-таки нам, а не полиции. Тогда каждый двор будет нашим убежищем и засадой.

Вот главные правила, товарищи. В следующих листках боевая организация даст вам еще несколько советов о том, как защищаться, как нападать, как строить баррикады. Теперь же скажем несколько слов совсем о другом.

Помните, товарищи, что мы хотим не только разрушить старый строй, но и создать новый, в котором каждый гражданин будет свободен от всяческих насилий. Поэтому сейчас же берите на себя защиту всех граждан, охраняйте их, делайте ненужной ту полицию, которая под видом охранительницы общественной тишины и спокойствия насильничает над беднотой, сажает нас в тюрьмы, устраивает черносотенные погромы.

Наша ближайшая задача, товарищи, передать город в руки народа. Мы начинаем с окраин, будем захватывать одну часть за другой. В захваченной части мы сейчас же установим свое выборное управление, введем свои порядки, 8-часовой рабочий день, подоходный налог и т. д. Мы докажем, что при нашем управлении общественная жизнь потечёт правильней, жизнь, свобода и права каждого будут ограждены более чем теперь. Поэтому, воюя и разрушая, вы помните о своей будущей роли и учитесь быть управителями.

Боевая организация при Моск. Ком. РСДРП.
Распространяйте этот листок всюду, расклеивайте по улицам, раздавайте прохожим.
"Известия Моск. С. Р. Д." № 5,
11 декабря 1905 г
В.И. Ленин
ЗАДАЧИ ОТРЯДОВ РЕВОЛЮЦИОННОЙ АРМИИ

Эта статья (или заметки, или инструкция) была впервые напечатана уже после смерти Ленина в 1926 г. в Ленинском сборнике.


1) Самостоятельные военные действия.
2) Руководство толпой.

Отряды могли бы быть всяких размеров, начиная от двух-трех человек.
Отряды должны вооружаться сами, кто чем может (ружье, револьвер, бомба, нож, кастет, палка, тряпка с керосином для поджога, веревка или веревочная лестница, лопата для стройки баррикад, пироксилиновая шашка, колючая проволока, гвозди (против кавалерии) и пр. и т. д.). Ни в каком случае не ждать со стороны, сверху, извне, помощи, а раздобывать все самим.

Отряды должны составляться по возможности из близко живущих или часто, регулярно в определенные часы встречающихся людей (лучше и то и другое, ибо регулярные встречи могут быть прерваны восстанием). Задача их — наладить дело так, чтобы в самые критические минуты, при самых неожиданных условиях можно было оказаться вместе. Каждый отряд должен поэтому заранее выработать приемы и способы совместного действия: знаки на окнах и т. п., чтобы легче найти друг друга; условные крики или свистки, чтобы в толпе опознать товарища; условные знаки на случай встречи ночью и т. д. и т. д. Всякий энергичный человек с 2—3 товарищами сумеет разработать целый ряд таких правил и приемов, которые надо составить, разучить, упражняться в их применении. Надо не забывать, что 99% за то, что события застанут врасплох и соединяться придется при страшно трудных условиях.

Даже и без оружия отряды могут сыграть серьезнейшую роль: 1) руководя толпой; 2) нападая при удобном случае на городового, случайно отбившегося казака (случай в Москве) и т. д. и отнимая оружие; 3) спасая арестованных или раненых, когда полиции очень немного; 4) забираясь на верх домов, в верхние этажи и т. д. и осыпая войско камнями, обливая кипятком и т. д. При энергии организованный, сплоченный отряд — громадная сила. Ни в каком случае не следует отказываться от образования отряда или откладывать его образование под предлогом отсутствия оружия.

Отряды должны по возможности заранее распределять функции, иногда выбирать заранее руководителя, начальника отряда. Неразумно было бы, конечно, впадать в игру назначения чинов, но нельзя забывать гигантской важности единообразного руководства, быстрого и решительного действия, Решительность, натиск — 3/4 успеха.

Отряды должны немедленно по образовании, т. е. теперь же, взяться за всестороннюю работу отнюдь не теоретическую только, но и непременно практическую также. К теоретической мы относим изучение военных наук, ознакомление с военными вопросами, чтение рефератов по военным вопросам, приглашение на беседы военных (офицеров, унтеров и пр. и пр. вплоть до бывших солдатами рабочих); чтение, разбор и усвоение нелегальных брошюр и статей в газетах об уличном бое и т. д. и т. д.

Практические работы, повторяем, должны быть начаты немедленно. Они распадаются на подготовительные и на военные операции. К подготовительным относится раздобывание всякого оружия и всяких снарядов, подыскание удобно расположенных квартир для уличной битвы (удобных для борьбы сверху, для складов бомб или камней и т. д. или кислот для обливания полицейских и т. д. и т. д., а также удобных для помещения штаба, для сбора сведений, для укрывательства преследуемых, помещения раненых и т. д. и т. д.).

Затем, к подготовительным работам относятся немедленные распознавательные, разведочные работы: узнавать планы тюрем, участков, министерств и пр., узнавать распределение работы в казенных учреждениях, в банках и т, д., условия охраны их, стараться заводить такие связи, которые бы могли принести пользу (служащий в полиции, в банке, в суде, в тюрьме, на почте, телеграфе и т. д.), узнавать склады оружия, все оружейные магазины города и т. д. Работы тут масса и притом такой работы, в которой громадную пользу может принести всякий, даже совершенно не способный к уличной борьбе, даже совсем слабые люди, женщины, подростки, старики и проч. Надо стараться сплачивать теперь же в отряды непременно и безусловно всех, кто хочет участвовать в деле восстания, ибо нет и быть не может такого человека, который при желании работать не принес бы громадной пользы даже при отсутствии у него оружия, даже при личной неспособности к борьбе.

Затем, не ограничиваясь ни в каком случае одними подготовительными действиями, отряды революционной армии должны как можно скорее переходить и к военным действиям, в целях 1) упражнения боевых сил; 2) разведки слабых мест врага; 3) нанесения врагу частичных поражений; 4) освобождения пленных (арестованных); 5) добычи оружия; 6) добычи средств на восстание (конфискации правительственных денежных средств) и т, д. и т, д. Отряды могут и должны ловить сейчас же всякий удобный случай для живой работы, отнюдь не откладывая дело до общего восстания, ибо без подготовки в огне нельзя приобрести годности и к восстанию.

Конечно, всякая крайность нехороша; все благое и полезное, доведенное до крайности, может стать и даже, за известным пределом, обязательно становится злом и вредом. Беспорядочный, неподготовленный мелкий террор может, будучи доведен до крайности, лишь раздробить силы и расхитить их. Это верно, и этого, конечно, нельзя забывать. Но, с другой стороны, нельзя ни в коем случае забывать и того, что теперь лозунг восстания уже дан, восстание уже начато.

Начинать нападения, при благоприятных условиях, не только право, но прямая обязанность всякого революционера. Убийство шпионов, полицейских, жандармов, взрывы полицейских участков, освобождение арестованных, отнятие правительственных денежных средств для обращения их на нужды восстания, — такие операции уже ведутся везде, где разгорается восстание, и в Польше и на Кавказе, и каждый отряд революционной армии должен быть немедленно готов к таким операциям. Каждый отряд должен помнить, что, упуская сегодня же представившийся удобный случай для такой операции, он, этот отряд, оказывается виновным в непростительной бездеятельности, в пассивности, — а такая вина есть величайшее преступление революционера в эпоху восстания, величайший позор для всякого, кто стремится к свободе не на словах, а на деле.

Относительно состава этих отрядов можно сказать следующее. Число желательных членов и распределение их функций покажет опыт. Надо самим начать вырабатывать этот опыт, не дожидаясь указаний со стороны. Надо просить, конечно, у местной революционной организации присылки революционера-военного для лекций, бесед, советов, но при отсутствии такового непременно и обязательно делать самим.

Что касается партийных делений, то члены одной партии, естественно, предпочтут соединяться вместе в одни отряды. Но ставить безусловные препятствия вступлению в отряды членов других партий не следует. Именно тут мы должны осуществлять соединение, соглашение практическое (без всякого партийного слияния, разумеется) социалистического пролетариата с революционной демократией. Кто хочет биться за свободу и доказывает делом свою готовность, тот может быть причислен к революционным демократам, с тем надо стремиться работать над подготовкой восстания вместе (конечно, при наличности полного доверия к лицу или к группе). Всех остальных «демократов» надо резко отделять, как quasi* -демократов, как либеральных говорунов, на которых полагаться непозволительно, доверчивость к которым со стороны революционеров преступна.

* quasi - мнимо. Прим.ред.

Объединение отрядов между собой, конечно, желательно. Выработка форм и условий совместной деятельности чрезвычайно полезна. Но ни в каком случае не надо при этом впадать в крайность сочинения сложных планов, общих схем, откладывания живого дела ради педантских измышлений и т. д. Восстание неизбежно будет при таких условиях, когда неорганизованные элементы в тысячи раз обширнее организованных; неизбежны такие случаи, когда придется действовать тут же, на месте, вдвоем, одному, — и надо готовиться к тому, чтобы действовать за свой риск и страх. Проволочки, споры, оттяжки, нерешительность есть гибель дела восстания. Величайшая решительность, величайшая энергия, немедленное использование всякого подходящего момента, немедленное разжигание революционной страсти толпы, направление ее на более решительные и самые решительные действия — таков первейший долг революционера.

Прекрасным военным действием, дающим и ученье солдат революционной армии, боевое крещение им, и громадную пользу приносящим революции, является борьба с черносотенцами. Отряды революционной армии должны тотчас же изучить, кто, где и как составляет черные сотни, а затем не ограничиваться одной проповедью (это полезно, но этого одного мало), а выступать и вооруженной силой, избивая черносотенцев, убивая их, взрывая их штаб-квартиры и т. д. и т. д.

ПРИМЕЧАНИЕ

Эта статья (или заметки, или инструкция) была впервые напечатана уже после смерти Ленина в 1926 г. в Ленинском сборнике.




ЗАДАЧИ ОТРЯДОВ РЕВОЛЮЦИОННОЙ АРМИИ

(написано в октябре, позже 3 (16), 1905 г.)

16.Х. 1905.
Дорогие товарищи! Очень благодарен Вам за присылку 1) отчета Боевого комитета и 2) записки по вопросу об организации подготовки восстания + 3) схемы организации. Прочитав эти документы, я счел долгом прямо обратиться к Боевому комитету для товарищеского обмена мнений. Нечего и говорить, что о практической постановке дела я судить не берусь; что делается все возможное при тяжелых русских условиях, в этом не может быть сомнения. Но, по документам судя, дело грозит выродиться в канцелярщину.

Все эти схемы, все эти планы организации Боевого комитета производят впечатление бумажной волокиты, — я прошу извинить меня за откровенность, но я надеюсь, что вы меня не заподозрите в желании придраться. В таком деле менее всего пригодны схемы, да споры и разговоры о функциях Боевого комитета и правах его. Тут нужна бешеная энергия и еще энергия. Я с ужасом, ей-богу с ужасом, вижу, что о бомбах говорят больше полгода и ни одной не сделали! А говорят ученейшие люди...

Идите к молодежи, господа! вот одно единственное, всеспасающее средство. Иначе, ей-богу, вы опоздаете (я это по всему вижу) и окажетесь с «учеными» записками, планами, чертежами, схемами, великолепными рецептами, но без организации, без живого дела. Идите к молодежи. Основывайте тотчас боевые дружины везде и повсюду и у студентов, и у рабочих особенно, и т. д. и т. д.

Пусть тотчас же организуются отряды от 3-х до 10, до 30 и т. д. человек. Пусть тотчас же вооружаются они сами, кто как может, кто револьвером, кто ножом, кто тряпкой с керосином для поджога и т. д. Пусть тотчас же эти отряды выбирают себе руководителей и связываются, по возможности, с Боевым комитетом при Петербургском комитете. Не требуйте никаких формальностей, наплюйте, христа ради, на все схемы, пошлите вы, бога для, все «функции, права и привилегии» ко всем чертям. Не требуйте обязательного вхождения в РСДРП — это было бы абсурдным требованием для вооруженного восстания. Не отказывайтесь связываться с каждым кружком, хотя бы в три человека, при единственном условии, чтобы он был полицейски надежен и готов был драться с царским войском. Пусть желающие кружки входят в РСДРП или примыкают к РСДРП, это превосходно; но я безусловно считал бы ошибкой требовать этого.

Роль Боевого комитета при Петербургском комитете должна быть — помогать этим отрядам революционной армии, служить «бюро» для связи и т. д. Ваши услуги примет всякий отряд с охотой, но если вы в таком деле начнете со схем да с речей о «правах» Боевого комитета, вы погубите все дело, уверяю вас, погубите безвозвратно. Тут надо действовать широкой проповедью. Пусть 5—10 человек обойдут в неделю сотни кружков рабочих и студентов, влезут всюду, куда только можно, и везде предложат ясный, короткий, прямой и простой план: образуйте тотчас же отряд, вооружайтесь, чем можете, работайте изо всех сил, мы поможем вам, чем сможем, но не ждите от нас, работайте сами.

Центр тяжести в таком деле — инициатива массы мелких кружков. Они сделают все. Без них весь ваш Боевой комитет — ничто. Я готов измерять продуктивность работ Боевого комитета числом таких отрядов, с которыми он связан. Если через 1—2 месяца у Боевого комитета не будет в Питере minimum 200— 300 отрядов, тогда это мертвый Боевой комитет. Тогда его надо похоронить. При теперешнем кипении не набрать сотни отрядов — значит стоять вне жизни.

Проповедники должны давать отрядам каждому краткие и простейшие рецепты бомб, элементарнейший рассказ о всем типе работ, а затем предоставлять всю деятельность им самим. Отряды должны тотчас же начать военное обучение на немедленных операциях, тотчас же. Одни сейчас же предпримут убийство шпика, взрыв полицейского участка, другие — нападение на банк для конфискации средств для восстания, третьи — маневр или снятие планов и т. д. Но обязательно сейчас же начинать учиться на деле: не бойтесь этих пробных нападений. Они могут, конечно, выродиться в крайность, но это беда завтрашнего дня, а сегодня беда в нашей косности, в нашем доктринерстве, ученой неподвижности, старческой боязни инициативы. Пусть каждый отряд сам учится хотя бы на избиении городовых: десятки жертв окупятся с лихвой тем, что дадут сотни опытных борцов, которые завтра поведут за собой сотни тысяч.

Крепко жму руку, товарищи, и желаю успеха. Своего взгляда я отнюдь не навязываю, но считаю долгом подать совещательный голос.

Ваш Ленин


ПРИМЕЧАНИЕ

И "Задачи отрядов революционной армии" и "Письмо в боевой комитет при Санкт-Петербургском комитет" были впервые напечатаны уже после смерти Ленина в 1926 г. в Ленинском сборнике.


Еще раз отметим и экстремизм, и дилетантизм рекомендаций Ленина. Но в то же время и призыв к жестокости, и безжалостность - и по отношению к "противнику", и по отношению к соратникам: "Пусть каждый отряд сам учится хотя бы на избиении городовых: десятки жертв окупятся с лихвой тем, что дадут сотни опытных борцов, которые завтра поведут за собой сотни тысяч".

Правда, имея в виду "кровожадность" Владимира Ильича надо вспомнить о событиях "кровавого воскресенья" 9 января 1905 года, когда было растреляно мирное (!) шествие к царю рабочих, намеревавшихся подать петицию, и в числе просьб рабочих был созыв Учредительного Собрания.

Вскоре после этого был Третий съезд РСДРП, на котором обсуждался вопрос о вооруженном восстании, затем в течение нескольких месяцев в стране было множество стачек, восстаний, бунтов, забастовок, которые с разной степенью жестокости подавлялись армией и полицией и в октябре началась уже всеобщая политическая забастовка, которая (как надеялись большевики) могла перерасти в вооруженное восстание.

Однако "кровожадность" Ильича слабее, например, рекомендаций, содержавшихся в Инструкции боевой организации при Московском комитете РСДРП от 11 декабря 1905 года, в которой говорилось:

"... 7. Казаков не жалейте. На них много народной крови, они всегдашние враги рабочих. Пусть уезжают в свои края, где у них земли и семьи, или пусть сидят безвыходно в своих казармах. Там вы их не трогайте. Но как только выйдут на улицу - конные или пешие, вооруженные или безоружные - смотрите на них, как на злейших врагов, и уничтожайте их без пощады.

...10. дворникам запрещайте запирать ворота. это очень важно. Следите за ними, и если кто не послушает, то в первый раз побейте, а во второй - убейте..."

А завершалась эта инструкция напоминанием о том, что "... мы хотим не только разрушить старый строй, но и создать новый, в котором каждый гражданин будет свободен от всяческих насилий."

Правда и противники большевиков, меньшевиков, эсеров тоже частенько не церемонились с ними. И на заседаниях все-таки избранной Государственной Думы (без большевиков) обсуждался вопрос о погромах, которые проходили при поддержке полиции и армии в Белостоке и других местах - читать стенограмму заседания Государственной Думы.

После поражения декабрьского восстания на упрек Плеханова, что не надо было браться за оружие, Ленин заявил, что надо было, только бороться надо было решительнее и беспощаднее.

перепост
Эти два поста, которые выше, показывают как вели на бойню скот - не вьезжающих рабочих, пролетариат. Но рабочие сами по себе никакой революций не устраивали. Ими кто-то руководил.
Вот статья Эдуарда Лимонова, которую он написал отдыхая на нарах. Делать то было нечего, в тюрьме было много-много свободного времени и большая библиотека. Лимонов сам маргинал, неудавшийся революционер, педераст-бунтовщик. Тот самый что написал мерзкую книжку "Это я-Эдичка", где подробно описывал свои половые акты с неграми и прочими блядями любых полов.

Учимся у успешных революционеров.

МАРГИНАЛЫ: АКТИВНОЕ МЕНЬШИНСТВО
(Эдуард Лимонов)

КПРФ, РКРП, изрядно поредевшие анпиловцы и более мелкие ортодоксальные "коммунистические" организации, и даже "террорист" Губкин и РКСМ (Былевского) по-прежнему смотрят на "пролетариат", на тех, кого они именуют "трудящимися", как на революционный класс. А на марксизм-ленинизм - как евреи на скрижали завета, принесенного им Моисеем. "Коммунисты" не правы. Они почему-то считают, что бедные - это обязательно буйные.

Пролетариат во времена Маркса действительно находился в ужасающих условиях, они, да, работали по двенадцать часов в сутки, они, да, жили в сырых, мёрзлых жилищах. Потому эмоционально они находились на самом экстремальном, всегда готовом к истеричным протестам и взрывам, краю общества. Им жилось так херово, что даже застенки не казались им страшнее завода. В известном смысле им таки нечего было терять, кроме цепей, они были самыми отпетыми, после каторжников разве что. Именно в этом смысле они были революционны. То есть в случае беспорядков, которые организовали бы другие, можно было надеяться на участие этих отпетых забубенных фабричных рабочих. От своей тяжкой жизни они легко возбуждались и легко поддавались панике и эмоциям бунта.

Но даже уже через полстолетия после опубликования "Коммунистического манифеста" к 1900 году рабочие даже в России уже не жили так отчаянно плохо. Они просто жили стабильно плохо. Что же касается организации революции, или подготовки её, то пролетариат поставил в железную эту когорту народовольцев и эсеров не больше, а меньше других классов. Перовская, Кибальчич, Гриневицкий, Александр Ульянов, как известно, рабочими не были. Совершенно случайно в библиотеке Лефортовского замка оказалось очень поучительное исследование Р. А. Городницкого "Боевая организация партии социалистов-революционеров в 1901-1911 годах". И там я обнаружил редкие и разительные данные о происхождении эсеровских боевиков.

"В Боевую Организацию в 1903 - 1906 годах входили 13 женщин и 51 мужчина.

Сословное происхождение членов БО этих лет выглядит так: 13 дворян, 3 почётных гражданина, 5 детей священников, 10 детей купцов, 27 мещан и 6 крестьян. В руководство БО входили 2 лица дворянского происхождения, 3 сыновей купцов, и 2 мещанина".

"Образовательный уровень БО за рассматриваемый период: 6 членов имели высшее образование, 28 - незаконченное высшее, 24 - среднее, 6 - начальное... Цифры - подытоживает Городницкий - выявляют основную среду, из которой рекрутировались члены БО - студенчество высших учебных заведений".

Интересен и национальный состав БО: 43 русских, 19 евреев и 2 поляка.

По возрасту: "Именно молодые люди 20-30-летнего возраста составили костяк БО" - констатирует Городницкий.

От этой удручающей для пролетариев статистики не отмахнуться замечанием, что дескать эсеры - это партия, ставившая наделение крестьян землёй своей первой задачей, и потому, мол, нет рабочих. Городницкий специально оговаривает, что Боевая Организация эсеров разительно отличалась от партии эсеров и по существу была иной организацией - Боевой Организацией всей русской революции. "Для многих членов БО 1903 - 1906 годов жёсткие идеологические каноны ПСР были слишком узки, и своё пребывание и работу в БО они воспринимали как служение всей русской революции, которая после своей победы, как надеялись боевики, должна была произвести коренное переустройство общества на социалистических началах".

Вот так. Авангард всей русской революции: 13 дворян, 27 мелкобуржуазных мещан, туча студентов-недоучек и ни одного работяги. Но может быть в последующие годы в эту самую результативную революционную организацию России (большевики в сравнении с ними ещё в пелёнках возились) вступили рабочие и преобладали крестьяне?

Вот данные о БО в 1907 - 1909 годах.

    7 мужчин и 3 женщины (эпоха разоблачения Азефа, организация переживала тяжёлые времена).

    Сословное происхождение: 6 мещан, 2 детей купцов, 1 сын священника, 1 крестьянин.

    Образовательный уровень: 3 члена БО имели высшее образование, 3 - незаконченное высшее, 4 - среднее.

    В 1909 - 1911 г.г. в Боевую Организацию входило 13 мужчин и 4 женщины.

    Сословное происхождение членов БО: 6 дворян, 1 почётный гражданин, 3 детей купцов, 1 сын священника, 5 мещан и 1 крестьянин.

    Национальный состав: 11 русских, 3 еврея, 1 украинец, 1 латыш и 1 поляк.

    Образовательный уровень: 2 человека имели высшее образование, 8 - незаконченное высшее, 5 - среднее, 2 - начальное.

Опять - ни одного рабочего!

Несомненно, что рабочие шли с Гапоном к царю 9 января, в революционном восстании 1905 года отличился даже целый рабочий квартал "Красная Пресня", но это случаи "беспорядков, которые организовали другие".

Оставим пролетариев. Поглядим пристальнее на как бы фоторобот того, кто сотрясал Российскую Империю в самом начале этого века и готовил революцию. Это - недоучившийся студент высшего учебного заведения, русский (один из четырёх - еврей), в возрасте от 20 до 30 лет, выходец из мещан, то есть мелкой буржуазии. Поглядим на руководителей БО. Основатель Боевой Организации
Гершуни Григорий Андреевич (Герш) родился в 1870 году в Ковенской губернии. Семья была приписана к мещанскому сословию. В 1885 году его отдали учиться на аптекаря. В 1887 - 88 годах он работает в аптеке в Кронштадте. Переезжает в Петербург. Работает аптекарем до 1895 года. В Петербурге дружит с литераторами, артистами, студентами. Пишет рассказ "Как быть", в котором описывается убийство одного из членов революционного кружка, заподозренного в провокации. В 1895 году Гершуни уехал в Киев и поступил вольнослушателем на курсы медицинского факультета университета святого Владимира. В марте 1896 года арестован, ему инкриминировано участие в противоправительственном сообществе "Союзный Совет Киевских студенческих организаций и землячеств". Отделался лёгким испугом. Сдав экзамены на провизора, опять уехал в Петербург. Потом уехал в Москву, работал на курсах бактериологии, затем в институте экспериментальной медицины. Весной 1898 года едет в Минск, начинает оказывать услуги революционным группам, устраивает мастерскую станков для нелегальных типографий, создаёт паспортное бюро, переправляет нелегальных лиц за границу и т.п. Наконец примыкает к кружку "Рабочая партия политического освобождения России" в 1899 году. В 1900 году арестован. Случайно освобождён. Переходит на нелегальное положение. Летом 1901 года объезжает Нижний Новгород, Уфу, Воронеж, Саратов, Самару, повсюду устанавливая связи. В сентябре 1901 года начал вербовать людей для Боевой Организации. Первый террористический акт состоялся 2 апреля 1902 года. Убийство министра внутренних дел Сипягина в Петербурге
.

Борис Викторович Савинков (именно его "Воспоминания террориста" принесли БО историческую славу)
родился в 1879 году в Харькове в семье товарища прокурора Военного Окружного суда. Гимназию Савинков закончил в Варшаве в 1897 году. В декабре того же года, в 18 лет отроду, варшавское жандармское управление привлекает его к ответственности за участие в студенческих беспорядках по поводу открытия в Варшаве памятника усмирителю польского восстания 1863-64 гг. графу М. Н. Муравьёву. Савинков передан под гласный надзор полиции. В 1897 году Савинков поступил на юридический факультет Петербургского Университета. Но уже в 1899 году был уволен из Университета за студенческие беспорядки и привлечен к дознанию по делу о группе студентов, объединившихся в "Организационный Комитет". В конце 1899 Савинков выехал за границу и в течение двух лет он учился на юридических факультетах Берлинского и Гейдельбергского университетов. Осенью 1900 года Савинков явился в Варшаву для исполнения воинской обязанности, но был "признан совершенно неспособным к военной службе". Савинков сближается с социал-демократами, входит в группу "Рабочее знамя" и совместно с П. М. Рутенбергом основывает группу "Социалист". В 1901 году, весной, Савинков арестован по делу об этих социал-демократических организациях. В декабре 1901 года дознание окончено. В начале 1902 года Савинкова высылают в Вологду. Весной 1903 года Савинков примыкает к партии эсеров. В июне того же года он бежит из Вологды в Архангельск, а оттуда в Норвегию, потом в Женеву, где он знакомится с членом ЦК партии эсеров - Гоцем. Ему 24 года, он уже профессиональный революционер.


Из прославивших БО покушений выделяются три: убийство Степаном Балмашевым министра Сипягина, убийство Егором Созоновым 15 июля 1904 года В. К. Плеве и убийство Иваном Каляевым 4 февраля 1905 года Великого князя Сергея Александровича. Каляева казнили 10 мая того же года. О нём есть немало материалов в "Воспоминаниях" Савинкова, также как и о Егоре Созонове. Из всех героев БО Каляев, - поэт и вдохновенный революционер, - представлял собой законченный тип самого фанатичного приверженца бескомпромиссных средств борьбы. Вся его жизнь бросала вызов не только существующему политическому устройству в России, но была и бунтом против несправедливых основ мироздания.
Степан Балмашев родился в 1881 году в семье потомственных дворян Архангельской губернии. Одновременно его отец - старый революционер-народник. В 1899 году Степан поступает в Казанский университет, оттуда переводится в Киевский на юридический факультет. За участие в студенческой сходке Балмашев был исключён из университета и отдан на военную службу сроком на один год. 23 января 1901 года, явившись (его ещё не успели услать на службу) в здание Киевского университета, Степан принёс с собой несколько стеклянных трубок, наполненных зловонной жидкостью, которые он раздавил ногами в шинельной университета, с целью прекращения лекций. Его арестовали и нашли запрещённые рукописи, а также заметки и записки, относящиеся к его знакомым. 10 апреля 1901 г. Балмашев был освобождён из-под стражи под надзор военного начальства в городе Рославле Смоленской губернии. Вскоре он уволился в шестимесячный отпуск и прибыл в Симферополь, а затем 30 июля 1901 г. в Харьков, но и там не задержался, уехал в Киев, где пробыл до декабря 1901 года, а затем отлучился в Саратов. В этом городе у Балмашева были тесные связи с эсерами. (Знакомство Балмашева с Гершуни произошло в 1901 году в Киеве.) Саратовские эсеры снабдили Балмашева средствами для совершения террористического акта.

2 апреля 1902 года в помещение Комитета Министров явился Балмашев, переодетый в адъютантскую форму и, выждав прибытия Сипягина, произвел в него два выстрела. (Сипягин скончался через полтора часа). После выстрелов Балмашев громко сказал: "С этими людьми так и нужно поступать". На следующий день у Балмашева был день рождения - ему исполнился 21 год. 3 мая в четыре часа утра Балмашева повесили во дворе Шлиссельбургской крепости. От исповеди и причастия Степан отказался, увидев священника, сказал: "С лицемерами иметь дело не желаю".


Вот какие люди, мечущиеся, неспокойные, их сейчас назвали бы маргиналами, были материалом для самой революционной организации России начала века. И для всех революционных организаций по сути дела. Не только России. Именно мечущиеся, неспокойные, меняющие места учёбы, службы, работы, места жительства и даже стили жизни. Это всё первые признаки маргиналов.

Маргиналами были и Великие Вожди будущих мощных политических движений, взорвавших Европу. До того как стать ефрейтором и потом канцлером Германии Адольф Гитлер бомжевал в Вене семь лет, жил в ночлежках, рисовал картинки венских достопримечательностей, ходил в длинном пальто до пят, как Лотреамон (Гитлер, кстати, похож на Эдгара По, кто-нибудь кроме меня это заметил?), делил конуру с бомжом, который продавал его картинки.

Всё это обычно пропускается в биографиях, но именно юность, годы, формирующие человека, очень важны. Там в Вене, в тени великолепных соборов, среди роскошных музеев, у роскошных бюргерских особняков, как должно быть он страдал, никому неведомый бродяга Адольф! И как он возненавидел Вену, и как потом рейхсканцлером в 1938 году ликовал, должно быть, въехав во враждебный некогда город под приветственные клики миллионного населения.

Маргиналом был и юный Сталин, достаточно посмотреть его раннее фото, - молоденький, с бородкой, в хлипком шарфике, заправленном под пиджачок.

Бенито Муссолини, горластый социалист из деревушки Предаппио бомжевал в богатой Швейцарии, ночевал под мостами, задерживался полицией, работал строителем, работал на консервной фабрике, ходил, глазел, завидовал, ненавидел. Впоследствии утверждал, что встречался с Лениным в Цюрихе и Женеве. Муссолини - широкоротый итальянец...

Все они запоем читали, писали, учились понемногу, бродяжили, писали стихи, и долго искали, чем бы заняться.

Владимир Ленин не бомжевал, но тоже был далеко не самый спокойный присяжный поверенный, брат казнённого за неудавшееся цареубийство старшего брата, профессиональный революционер чуть ли не с 17 лет, в 27 лет уже ссыльный, в 30 лет эмигрант, жестокий и странный чудак. Когда в России произошла февральская революция, он хотел лететь над военными полями Европы на воздушном шаре! Или ехать поездом, по документам глухонемого шведа! А, каков!

В унижениях, в нищете, в страданиях вожди Великих партий пережили озарения: illuminations. О своей миссии.

А соратники Вождей Великих Партий Европы! Вокруг них объединились поэты, провинциальные журналисты, писатели (наугад: Геббельс, Троцкий, Маринетти, Луначарский), странные женщины (первые попавшиеся: Инесса Арманд, Анжелика Балабаноф, Коллонтай, Лени Рифеншталь, Лариса Рейснер), странные военные (Людендорф, Эрнст Рэм, граф Чиано, Тухачевский, Фрунзе), психопаты, бесчисленные экстравагантные типажи полу-бандитов полу-революционеров (наугад: Котовский, Дзержинский, Камо, Хорст Вессель).

Ленин, возможно, ясно видел этот парадокс: организовали и осуществили первую пролетарскую революцию никакие не пролетарии, но маргиналы, истерики, бродяги, демагоги, ораторы, недоучки, бомжи, перекати-поле всякое.
Позднее на случившееся уже осмелились явиться и матросы, и крестьяне, и рабочие, да. Но не они были первыми в деле революции, не они её отцы, они - примкнувшие позднее.

И вот здесь была допущена ошибка. Тут виноват сам Ильич, потому что никто кроме него не мог это сделать. Как отец-основатель Ленин должен был оставить скрижали, где высказаться чётко и ясно, согласно каким критериям должны были выбираться в навозе бриллианты. Как у буддистов существуют специальные критерии выбора Далай-ламы и Панчэн-ламы. Он был обязан сказать в скрижалях: "Впредь для целей государственной работы ищите таланты среди маргиналов, среди людей причудливых, истеричных, поэтических, среди лунатиков, но не среди рабочих или крестьян каких-нибудь, разве только совсем необычный экземпляр попадётся. Упаси вас Господи, товарищи наследники, искать среди стабильных классов населения".

Но Ленин не оставил такой инструкции. Наглости и честности заявить о том, что только партия, состоящая из талантливых маргиналов, поэтов, провидцев и психопатов, способна совершить революцию, у Ленина не хватало. Магия абсолютной справедливости революции во имя большинства заставила его сохранить и поддержать идеологическую ложь: пролетарской, четвертого сословия, революции во имя блага большинства (трудящихся).

(Соответственно фашисты в Германии заявляли, что совершили свою 1933 года революцию для volk - народа, итальянские фашисты свою совершили для итальянской нации.)

А всего-то следовало признать, что большинство (пролетариат, volk, народ) бесталанно и не способно ни завоевать, ни отстоять свои интересы. Впоследствии идеологическая ложь эта имела пагубные последствия, она катастрофически отразилась на качестве кадров партии, пришедших на смену первому героическому личному составу маргиналов.

Официальная ложь об особой революционности пролетариев (а за ними следующие по революционности стояли крестьяне, а третьими шли и вовсе непонятно почему солдаты) осталась, записана огромными буквами в наследии ВКП(б). Отбирали лидеров из них, выдвигали их, поощряли выходцев из пролетариев и крестьянства. Не интересовались или забыли данные о сословном происхождении кадров Боевой Организации эсеров или составов Центрального Комитета. Партия поверила, что пролетариат - венец творения, тогда как он был лишь предлогом для захвата власти лучшими - маргиналами, психами, изгоями.
К чему это привело в конце-концов известно: пришёл от сохи тотальное ничтожество, - внучок председателя колхоза лох Миша Горбачёв, а потом свердловский лох Борис Ельцин, и созданное гением безумцев, садистов, поэтов, палачей великолепное государство рухнуло. Вот что значит неправильная кадровая политика.

Надо было выслеживать в мастерских богемы, в тюрьмах, в психушках - странных личностей, - вот что нужно было делать. Одержимых, слагающих стихи, во сне говорящих на неизвестных языках. Надо было взять в 70-е годы в ЦК Владимира Буковского, Натана Щаранского, Эдуарда Кузнецова и Володю Гершуни! (Я был знаком с внуком террориста в 1968-70 годах. Мы даже жили некоторое время под одной крышей. Полжизни Володьки прошло в тюрьмах и психдомах. Несмотря на идеологические расхождения, я его уважал. С Савинковым мы связаны через Харьков, место его рождения, а я провёл там детство и раннюю юность.) Но чтобы взять таких отмороженных, но мощных людей, надо было тем, кто их взял бы в ЦК, самим быть гениями! Парадокс, но спасти стремительно дряхлеющую элиту и государство могли только те, кто на них яростнее всех нападал...

Глядя на наши региональные отделения Национал-Большевистской Партии, мы с удовлетворением замечаем, что их возглавляют провинциальные журналисты, поэты, рокеры, психопаты, панки, недоучившиеся студенты. Есть и рабочие, отличные ребята, но они временные, случайные рабочие (и уже стали профессиональными революционерами), и как исключения только подтверждают общее правило. Потому НБП не занимается массами, не пытается зомбировать трудящихся (равняться с телеимпериями по возможностям пропаганды, оглупления людей мы не можем), но проводит выборочную пропаганду, выявляя и организовывая активное меньшинство: маргиналов.

В 60 - 70 годы европейские левые тоже обращались к пролетариату - стояли у проходных заводов, окучивая работяг листовками. Но, поглядев на себя в зеркало, сравнив с пролетариями, - и обдумав, кто они такие, выдвинули теорию, что самый революционный класс - это студенты. Мы, НБП, хотя среди членов партии часть - студенты, мы не считаем, что русские студенты - особый революционный класс. На сегодняшний день их по революционности забивают и оставляют позади учащиеся старших классов школ. Но и это не есть истина в последней инстанции. Революционных классов вообще не бывает. Революционными являются или не являются личности.

Так вот наиболее революционным типом личности является маргинал: странный неустроенный человек, живущий на краю общества, талантливый изувер, фанатик, поэт, психопат, неудачник. Не следует думать, что таковых слишком немного, чтобы хватило на революционную партию. Маргиналов достаточно, их сотни тысяч, если не миллионы. Это целый социальный слой. Часть маргиналов пополняет ряды криминального мира. Лучшие - должны быть у нас.

Эдуард Лимонов, "Другая Россия"






После того, как революцию сделали, надо маргиналов давить, а то будет у тебя перманентная революция. Собственно, так и было. Ленин революцию со своими маргиналами сделал, Сталин всех передавил. Гитлер со штурмовиками захватил власть, и всех товарищей по концлагерям или к стенке.

Но время масштабных революций уже прошло и никогда не возвратится. Тем более в РФ контингент внутренних войск превышает численность внешних. Сейчас возможно только массовое автономное сопротивление, по принципу ячеек. Нужен ли Вождь, или нужны ватажки (много), пускай менее доминантные, чем Вождь?



У Климова про это давно описано (хоть и в хоррор-стиле). Заодно объяснено, почему "не было декрета о маргиналах". Если маргинал, придя к власти, не задавит людей, обладающих его качествами - высок риск, что ему не доведётся умереть своей смертью. "Эмергенция неизбежна".

« Что делать русскому народу ?

tumblr hit counter