Муравьи и их колонии

Ответить
На каких же основах зиждется общественная жизнь муравьев? Яйцевая клетка каждого муравья может развиваться дальше или (как правило) будучи оплодотворенной или же и не будучи оплодотворен¬ной (партеногенезис). Но в последнем случае из яйца выползает не муравей, а белая личинка, лишенная ног, глаз и других органов чувств.

Изображение

Уже здесь бывает возможно различать три или даже четыре формы, необычайно сильно разнящиеся между собой: обычно крылатую самку М, обычно крылатого самца С

Изображение

всегда бескрылого рабочего Р

Изображение

и иногда большеголового или же совершенно не похожего на предыдущих солдата Ст.

Изображение

Лишь потом из оболочек куколок вылезают в виде крылатых или бескрылых муравьев эти дети трех или четырех сортов, но происходящие от одних и тех же родителей или матери (партеногенетически же только С и Р). Лишь тогда они научаются при помощи своего топохимического чувства обоняния, связанного с развивающимся только в куколке сравнительно большим мозгом, узнавать и взаимно любить друг друга как членов одного и того же общества. Всех же других живых существ, а в особенности муравьев других колоний, они обычно ненавидят.

У муравьев главенствует женский пол Р и С являются видоизменениями М. С чрезвычайно недеятельны и глупы, обладают лишь небольшим мозгом, не работают, не выходят за пределы муравейника и фактически служат только как бы аппаратами для оплодотворения. Они умирают почти сейчас же после совокупления (копуляции), в то время как Р и Ст живут в течение целого ряда лет, а М иногда даже и до 12- 15 лет.

Муравьи обладают «социальными» желудками или зобами, содержимое которых предназначается для кормления всего общества, включая сюда и личинки; при этом пища отрыгивается обратно через рот. Только низшие муравьи кормят свои личинки убитой добычей, которую последние в состоянии пожрать сами. Во время происходящих только раз (на воздухе) свадеб крылатых муравьев, М в течение одного дня оплодотворяются последовательно несколькими С на всю свою жизнь. Для этого у них имеется в брюшке так называемая семенная сумка, в которой бесчисленные семенные клетки всех их супругов сохраняются свежими и живыми на много лет. После этого они могут ими бережливо оплодотворять свои яйцевые клетки в течение всей своей жизни.

Научная литература содержит много чрезвычайно интересных данных о таких союзах или «нациях» муравьев. Сам А. Форель в первой из своих упомянутых работ описывает колонии муравьев на горах Салеве и Тандре, состоявшие не менее чем из двухсот отдельных муравейников, причем обитатели их принадлежали к двум различным видам.

Замечательно при этом то, что каждый член этой колонии узнает всех остальных членов и что все они принимают участие в общей защите. Мак-Кук описал виденную им в Пенсильвании «нацию муравьев», состоявшую из 1500 - 1700 Муравейников, живших в полном согласии. Профессор Г. Адлера в своей работе о шведских муравьях: Mymiecologiska Studies; Svenska Myror och deras Lefhads forhollanden (Bihang til Svenska Akademiens Handlingar № 18, 1886) дополняет вышеприведенные наблюдения Фореля и Мак-Кука. При этом принимая за основание собственные вычисления, согласно которым, в каждом развитом муравейнике имеется до 300 000 муравьев, он приходит к заключению, что численность подобных «наций» может доходить до десятков и даже сотен миллионов отдельных особей.

Возникнув на основе инстинктов и будучи постепенно зафиксированными на протяжении миллионов лет, у муравьев различаются, смотря по видам и разновидностям, следующие профессий: Возникнув на основе инстинктов и будучи постепенно зафиксированными на протяжении миллионов лет, у муравьев различаются, смотря по видам и разновидностям, следующие профессий: ткачи, мясники, скотоводы, каменщики-строители, огородники-грибоводы, строители дорог, «деревообделочники», собиратели зерна или жнецы, няньки, воины, похитители рабов, воры, разбойники-убийцы и даже паразиты - «буржуа»; но нигде у них не встречается ни профессоров, ни ораторов, ни хвастунов, ни начальников, ни бюрократов, ни даже офицеров, и уж во всяком случае у них нет ни капиталистов, ни торгашей и ростовщиков

Муравьи разводят особые породы «скота». «Скот» муравьев - обычно травяная тля и небольшие жучки. И те и другие при щекотании их усиками выделяют сладковатую, душистую и приятную на вкус жидкость. Эта жидкость чрезвычайно нравится муравьям. В ней есть нечто возбуждающее. Может быть это чай, кофе, возбуждающие напитки муравьев.

Вообще муравей очень заботливо относится к своему «стаду». Он «пасет» его, следит за переменой пастбища, охраняет стадо, содержит в чистоте своих «коровок» и даже «откармливает» свой скот. Ред.

«Техника» муравьев относительно высоко развита. Им известны: постройка «плавучих мостов», «осушение озер» (Васман), сооружение «дорог» и «шоссе», техника прорытия «туннелей» и постройка «коллонад».

Муравьи рождаются как бы с врожденными способностями.
У них нет выучки. Муравей рождается либо «плотником», либо «ткачом», либо «землекопом», либо «скотоводом»... И, родившись, начинает делать свое дело с таким умением и опытностью, как если бы он уже целые годы обучался своему «ремеслу».

Искуснейшим образом строят муравьи свои жилища. Иногда это маленькие поселки, иногда целые «города» — «Лондоны» и «Нью-Иорки» великих муравьиных племен.

Изображение

Бесчисленное количество уютно устроенных комнат со сводчатыми потолками, правильно «вырубленными» стенами, с длинными переходами и крытыми галереями и коллонадой - целые «небоскребы» иногда в 40 слишком этажей: двадцать под землей, двадцать над землей.

В город ведут многие входные и выходные ворота. У ворот стоят часовые - дозорные: смотрят, чтоб никто чужой, посторонний не вошел, не ворвался в город. Иногда в муравейник ведут так называемые «живые ворота» - целый ряд большеголовых слепцов, охраняющих входы и выходы в муравейник. Подбежит муравей к «живым воротам», «шепнет» что-то слепцу (постучит в голову усиками) - «ворота» раскроются, пришедший войдет, а «ворота» снова закроются «на запор». А постучит посторонний - ворота так и не откроются (по Велеру).

Американские и индейские муравьи живут и строятся иначе. Из древесных волокон, перетертых крепкими муравьиными челюстями, обильно смоченных клейкой муравьиной слюной, строят они свои «подвесные гнезда». Величина этих гнезд достигает иногда исполинских размеров. Внутри такого гнезда совершенно свободно может уместиться даже взрослый человек. Такие исполинские «висячие города» встречаются на острове Мадагаскаре, что неподалеку от восточного берега Африки.

Изображение

Еще интереснее постройки «цейлонцев». Цейлонские муравьи - искуснейшие ткачи. Они обычно строят себе жилище из мелкой листвы. Работают в этом случае на две партии: одна партия собирает и крепит листы, другая партия «ткёт». Для «тканья» служат обычные муравьиные личинки. Эти личинки выделяют особую клейкую жидкость. Из этой клейкой жидкости получаются тонкие ниточки. Ниточки скрепляют листочки, переплетаются, ткань становится плотнее и плотнее и вот - жилище муравьиное готово.

Большие американские муравьи Atta Р и Асго myrmex Р путем древнего наследственного филогенеза инстинктивно приспособились к разведению известных пород плесневых грибков, которых они превращают в микроскопические «кольраби». Последнее исключительно и составляет их пищу. По моему предложению д-р Брух в Ла-Плате попробовал заставить их попоститься, а затем давать им в пищу только сахар и мед. Но эти муравьи начали питаться этой новой пищей только после более или менее продолжительного поста. Сначала они только перепачкали в меду ножки; эта неловкость ясно указывает на то, что их инстинкт противился такого рода пище. Но постепенно они научились глотать мед, и он стал им нравиться всё больше и больше. Д-р Брух прислал мне фотографии, изображающие нескольких Atta, стоящих вокруг капли меда и жадно поедающих его.

Таким образом, становится несомненным то, что необычайные обстоятельства вынуждают муравьев научаться вещам, не свойственным их врожденным инстинктам или по крайней мере исчезнувшим сотни тысяч лет тому назад.

Аффективные душевные состояния муравьев, гнев, отчаяние и, в особенности, страх можно превосходно наблюдать во время муравьиных войн. Эти настроения могут доходить с одной стороны до, правда, скоропреходящего бешенства, когда муравьи убивают своих же товарищей, и, с другой стороны, до малодушного бегства, во время которого они в панике бросают на произвол судьбы свое потомство.

У муравьев по-видимому существует свой, особый муравьиный язык. Это не язык жестов или слов. Это язык обонятельно-осязательных прикосновений.

Вот что по этому поводу пишет такой знаток муравьиного быта, как Васман: «Одним прикосновением усиков тысячи и сотни тысяч муравьев узнают друг друга и отличают своих от чужих; ударами своих усиков они сообщают друг другу свои впечатления и чувства».

«Этот язык "усиков" служит для общения одних муравьев с другими, работающих с помощниками, «гостей» с «хозяевами».

Если муравью нужно позвать себе на помощь одного или несколько муравьев, он быстро подбегает к группе муравьев и, потрогав усиками их, уводит за собой. Некоторые же породы муравьев могут издавать даже звуки.

Замечательны - сборища муравьев. Собираются они обычно толпами, иногда целым племенем. Стоят неподвижно и только быстро-быстро шевелятся усики. Сборище такое обычно бывает оцеплено «солдатами», охраняющими порядок и неприкосновенность собрания.

Что представляют собой эти сборища - конечно трудно сказать. Но возможно, что здесь мы имеем своеобразное «Народное Собрание» великого муравьиного народа.

Муравьи часто ведут длительные и опустошительные войны. Одна, война длилась с небольшими перерывами свыше 40 дней.

У них есть своеобразная военная тактика, лазутчики, патрули, мелкие партизанские отряды; они ведут правильные осады, знают некоторые тактические приемы войны: аррьергардный удар, обхват противника кольцом и пр. У них есть даже своеобразная «химическая война»: они поражают противника струйками яда, извергаемого из брюшка (если муравей ранен, действие яда смертельно).

Раздоры и войны между различными колониями муравьев никогда не смогут прекратиться. Потому что их инстинкты и их реакции на запахи слишком глубоко вкоренились; потому что количество их видов и их специфических особенностей слишком велико; потому что муравьи слишком малы для того, чтобы, даже желая этого всей душой, они могли бы заключить между собой интернациональный союз; и, наконец, главным образом, потому что рассудок и душа муравья, обладающего хотя и относительно большим, но абсолютно маленьким мозгом, совершенно не в состоянии понять, что такое земной шар или интернационализм.

Список использованных источников:
1. Август Форель Человек и муравей. Очерк о наследственности и эволюции.
2. http://antclub.org - клуб любителей муравьев

« Наша прекрасная, удивительная Планета

cron
tumblr hit counter