Равняемся на Сталина (ссылка на ПСС И.В.Сталина в 18 томах) Книга Похлёбкина "Великий псевдоним"

Ответить
"Я себя под Сталина чищу, чтобы плыть в революцию дальше."
На И.В.Сталина после 1991 года вывалили целые ушаты грязи и продолжают лить помои купленные и проданные СМИ.
Что они делают?
Они мешают в кучу палачей-троцкистов и освободителя Русского народа Сталина. В этом основной обман.


Многие начинают интересоваться мудростью, интеллектом и дальновидностью Вождя, и что может быть лучше, чем первоисточник - мысли, речи, письма и выступления самого Сталина, не перевранные современными троцкистами.

Представляем вам единственное место в сети , где лежит
Иосиф Виссарионович Сталин Полное собрание сочинений в 18 томах.
http://sovetia.at.ua/Stalin/Stalin.html

Сталин И.В. Полное собрание сочинений
Локальная версия. Закачать себе на компьютер.
Распаковать. В папке Сталин ПСС запускать файл Stalin.html
http://sovetia.at.ua/load/0-0-0-43-20


Как пользоваться этим первоисточником?

Например, посмотрели вы россиянский фильм 2009 года "Царь" (режиссер Лунгин) и думаете:
вот чувствую, что меня опять обманули, вот только не пойму- как именно? А что-бы понять, есть смысл узнать мнение Сталина о русском царе Иване Грозном и потом сравнить с трактовкой в фильме.

1. На локальном компьютере: открываете документ и запускаете поиск по слову Грозный.
или
2. В сети: заходите в google.ru и набираете
Иван грозный site:http://sovetia.at.ua

То есть, мы ищем слова Иван Грозный только на сайте http://sovetia.at.ua
попадаем на страницу http://sovetia.at.ua/Stalin/Tom18.html которая содержит полностью 18 том ПСС Сталина.
Страница очень большая , как теперь найти нужное место?
Теперь сверху Правка -> Найти на этой странице и пишем Грозный , и находим слова Грозный внутри 18го тома.
Или другой фильм — «Иван Грозный» Эйзенштейна, вторая серия. Не знаю, видел ли кто его, я смотрел, — омерзительная штука! Человек совершенно отвлекся от истории. Изобразил опричников, как последних паршивцев, дегенератов, что-то вроде американского Ку-Клукс-Клана. Эйзенштейн не понял того, что войска опричнины были прогрессивными войсками, на которые опирался Иван Грозный, чтобы собрать Россию в одно централизованное государство, против феодальных князей, которые хотели раздробить и ослабить его. У Эйзенштейна старое отношение к опричнине. Отношение старых историков к опричнине было грубо отрицательным, потому что репрессии Грозного они расценивали, как репрессии Николая Второго, и совершенно отвлекались от исторической обстановки, в которой это происходило. В наше время другой взгляд на опричнину. Россия, раздробленная на феодальные княжества, т. е. на несколько государств, должна была объединиться, если не хотела подпасть под татарское иго второй раз. Это ясно для всякого и для Эйзенштейна должно было быть ясно. Эйзенштейн не может не знать этого, потому что есть соответствующая литература, а он изобразил каких-то дегенератов. Иван Грозный был человеком с волей, с характером, а у Эйзенштейна он какой-то безвольный Гамлет. Это уже формалистика. Какое нам дело до формализма, — вы нам дайте историческую правду. Изучение требует терпения, а у некоторых постановщиков не хватает терпения и поэтому они соединяют все воедино и преподносят фильм: вот вам, «глотайте», — тем более, что на нем марка Эйзенштейна. Как же научить людей относиться добросовестно к своим обязанностям и к интересам зрителей и государства? Ведь мы хотим воспитывать молодежь на правде, а не на том, чтобы искажать правду


И вот интересное место:
Запись беседы с С.М. Эйзенштейном и Н.К. Черкасовым по поводу фильма “Иван Грозный” 26 февраля 1947 года

Сталин. Вы историю изучали?

Эйзенштейн. Более или менее…

Сталин. Более или менее?.. Я тоже немножко знаком с историей. У вас неправильно показана опричнина. Опричнина — это королевское войско. В отличие от феодальной армии, которая могла в любой момент сворачивать свои знамена и уходить с войны, — образовалась регулярная армия, прогрессивная армия. У вас опричники показаны, как ку-клус-клан.

Эйзенштейн сказал, что они одеты в белые колпаки, а у нас — в черные.

Молотов. Это принципиальной разницы не составляет.

Сталин. Царь у вас получился нерешительный, похожий на Гамлета. Все ему подсказывают, что надо делать, а не он сам принимает решения… Царь Иван был великий и мудрый правитель, и если его сравнить с Людовиком XI (вы читали о Людовике XI, который готовил абсолютизм для Людовика XIV?), то Иван Грозный по отношению к Людовику на десятом небе. Мудрость Ивана Грозного состояла в том, что он стоял на национальной точке зрения и иностранцев в свою страну не пускал, ограждая страну от проникновения иностранного влияния. В показе Ивана Грозного в таком направлении были допущены отклонения и неправильности. Петр I — тоже великий государь, но он слишком либерально относился к иностранцам, слишком раскрыл ворота и допустил иностранное влияние в страну, допустив онемечивание России. Еще больше допустила его Екатерина. И дальше. Разве двор Александра I был русским двором? Разве двор Николая I был русским двором? Нет. Это были немецкие дворы.

Замечательным мероприятием Ивана Грозного было то, что он первый ввел государственную монополию внешней торговли. Иван Грозный был первый, кто ее ввел, Ленин — второй.

Жданов. Эйзенштейновский Иван Грозный получился неврастеником.

Молотов. Вообще сделан упор на психологизм, на чрезмерное подчеркивание внутренних психологических противоречий и личных переживаний.

Сталин. Нужно показывать исторические фигуры правильно по стилю. Так, например, в первой серии не верно, что Иван Грозный так долго целуется с женой. В те времена это не допускалось.

Жданов. Картина сделана в византийском уклоне, и там тоже это не практиковалось.

Молотов. Вторая серия очень зажата сводами, подвалами, нет свежего воздуха, нет шири Москвы, нет показа народа. Можно показывать разговоры, можно показывать репрессии, но не только это.

Сталин. Иван Грозный был очень жестоким. Показывать, что он был жестоким можно, но нужно показать, почему необходимо быть жестоким.

Одна из ошибок Ивана Грозного состояла в том, что он не дорезал пять крупных феодальных семейств. Если он эти пять боярских семейств уничтожил бы, то вообще не было бы Смутного времени. А Иван Грозный кого-нибудь казнил и потом долго каялся и молился. Бог ему в этом деле мешал… Нужно было быть еще решительнее.


Об отношении с Востоком Сталин говорит, что, только что освободившись от татарского ига, Иван Грозный торопился объединить Россию с тем, чтобы быть оплотом против возможных набегов татар. Астрахань была покорена, но в любой момент могла напасть на Москву. Крымские татары также могли это сделать.

Ну и так далее, вся статья интересная, почитайте. Еще на этом форуме тоже есть тема про Ивана Грозного http://www.uznai-pravdu.ru/viewtopic.php?t=17

И вот после этого сравните, какого же Ивана Грозного показал нам Лунгин и россиянско-израильские "деятели культуры" в 2009 году в фильме Царь, снятом на народные деньги?
Оцените заодно широту интересов и разносторонность взглядов и уровень образования И В Сталина, и так во всём. Вот это Вождь, вот это хозяин страны!

В добрый путь, осваивайте наследие и не давайте вешать лапшу себе на уши.

Изображение
трубка Сталина, Полухин (ищите картинку поисковиками -забанили )
    ред: Наследие Вильяма Похлебкина - желанно на нашем сайте. Надо отдать должное этому замечательному разностороннему исследователю. Несколько десятилетий назад, когда никакого интернета еще и в помине не было, он нарывал в библиотеках такой интересный материал, что и сейчас с гуглей сделать не каждый сможет. Благодаря редкой дотошности и научной добросовестности он вскрывал целые исторические пласты и на их основе формировал реальный образ того или иного исторического персонажа.

    Столешников, по фотографии сразу-же записал бы Похлёбкина в семиты. Но мы поставим Вильяма Похлёбкина в один ряд с Юрием Мухиным за несомненную пользу его для гоев. Он честный, непредвзятый историк и, обратите внимание, одним из первых начал обнаруживать образ настоящего Сталина - умного, эрудированного, начитанного, разносторонне образованного, могучего исполина.

    Изображение
    трубка Сталина

    Возможно, это одна из причин по которой его и грохнули (смотри биографию) При жизни Похлёбкина очень уважала вся мыслящая прослойка политиков и историков. И, соответственно, боялась и ненавидела псевдо"элита". Читайте ниже, как он называет вещи своими именами, кроет придворных действующих(!) историков Волкогонова , Волкова...

Избранные места из книги Вильяма Похлёбкина "Великий псевдоним". Всю книгу многие читать всё равно не будут, а Похлёбкин показывает Сталина с малоизвестной стороны. Некоторые факты биографии Сталина нигде больше не встретишь. Они представляют интерес. К тому-же, следить за ходом мысли и стройностью логических построений автора - истинное наслаждение.


Если мы выясним, как случилось, что провинциальный революционер, отличающийся по уровню образованию и культуры от своих гораздо более ярких, блестящих русских, латышских, польских и еврейских коллег в РСДРП, смог сделать то, чего никак не могли достичь они, т.е. выбрать себе псевдоним, партийное имя политика, которое было лучше, яснее и красивее, прочнее, чем все иные, существовавшие до него и вокруг него, и при этом это партийное имя оказывалось полетать, могло стать вровень с именем-псевдонимом вождя и руководителя партии Ленина, то мы в значительной степени раскроем тайну возвышения Сталина. Почему? Да потому, что вскрыв основную черту характера, позволившую ему стать лидером, мы поймем, почему он смог "переиграть" своих коллег-соперников в партии задолго до 1937 г. и занять высший пост - не формально, а по существу - в партии, в государстве, да и в ... головах людей.

...

4.Почему задерживалось издание Собрания Сочинений И.В.Сталина при его жизни и как Сталин относился к раскрытию чужих псевдонимов

Как известно, при жизни И.В.Сталина, все, что касалось его биографии, не могло быть предметом обсуждения, исследования и даже изложения со стороны какого-либо отдельного историка. Этим вопросом могло заниматься лишь учреждение - ИМЭЛ6 при ЦК ВКП(б), где в составе ЦПА находился фонд И.В.Сталина, выделенный в особое, тщательно засекреченное хранение. Фактически никаких исследований по этому фонду не велось, пока был жив сам Сталин, а после его смерти Институт, преобразованный на короткое (1954-55 гг.) время в ИМЭЛС, так и не успел развить исследовательскую деятельность в отношении жизненного пути И.В.Сталина, так как решения XX съезда КПСС, осудившие культ личности Сталина, привели к новой (1956 г.) реорганизации Института в ИМЛ (Институт марксизма-ленинизма) и к свертыванию предполагавшейся ранее работы по окончанию издания Собрания сочинений И.В.Сталина. А именно эта работа должна была бы вызвать подлинно научное, подробное изучение биографии Сталина и привести к составлению хроники событий его жизни и деятельности, что в свою очередь дало бы основание для выяснения многих неосвещенных сторон его биографии. Но ни в 60-е, ни в 70-е, а тем более в 80-е годы систематическая работа по исследованию деятельности И.В.Сталина не только не велась, но и была по разным мотивам фактически запрещена.

Новая волна "развенчивания сталинизма", возникшая во второй половине 80-х годов сконцентрировала весь интерес исследователей, которые были, наконец, допущены к сталинским фондам, лишь на материалах, касающихся борьбы Сталина против его политических противников внутри партии, к процессам 1930-х годов, к репрессивным действиям ГПУ и НКВД. Именно эти материалы - переписка Секретариата ЦК ВКП(б), постановления и решения, имевшие резолюцию или визу Сталина, личные дела бывших членов Политбюро и ЦК партии, - стали в первую очередь объектом интереса различных историков. Что же касается до собственно изучения личности и биографии И.В.Сталина, то в этом отношении наступила полная остановка: все факты, все данные, все "нейтральные" сведения, которые не работали на версию "кровожадного тирана", практически ныне игнорируются историками.

В результате мы имеем серию крайне похожих друг на друга "разоблачительных", "антисталинских" биографий, отличающихся одна от другой лишь степенью "ядовитости слюны". Среди авторов этих работ Л.Д.Троцкий, Р.Такер, И.Дейтшер, А.В.Антонов-Овсеенко Младший, Р.Слассер, и пара бездарнейших фальсификаторов, создавших исторически безграмотные и фактически грубо ошибочные "опусы"-фолианты - Ф.Д.Волков и Д.Волкогонов (довольно странное совпадение авторских фамилий и "качества" их произведений).

Все вышеуказанные "труды", своим фактическим материалом лишь "обирая" Троцкого, не прибавляют нам в совокупности ни грана деловой исторической информации, крайне узки по сфере исследования, и совершенно лишены добротного, объективного, проверенного по архивам и полного по всем своим аспектам справочного материала, освещающего всю хронологию, все факты, все события без исключения, связанные с деятельностью И.В.Сталина, день за днем.

Фактически до 60-70% таких фактов абсолютно исключены из рассмотрения и один этот "технический прием" резко искажает картину и суть событий, в которых не только участвовал, но и которые определял, направлял и контролировал И.В.Сталин - государственный деятель, доминировавший в течение 30 лет в истории страны, партии, международного коммунистического движения и в марксистской идеологии.

При таком положении Сталина, стоит только придать тот или иной специфический оттенок или черту его личности, как все события получают соответствующее объяснение. Сталин - тиран. И вся история его времени превращается в историю тирании. Сталин - гений человечества, светлая личность и тогда вся его эпоха может трактоваться, как непрерывная эра прогресса.

Стремление рассматривать историю страны и определенного исторического периода через призму психологии руководителя этой страны - будь то царь, император, вождь, президент - один из самых стандартных, распространенных методов идеалистической, субъективной историографии. Он не имеет ничего общего с научным, марксистским пониманием истории, но он весьма прост и доступен для понимания профанов, для мышления т.н. "человека с улицы". Вот почему им пользуются в пропагандистских целях, вот почему при таком методе объяснением истории можно вертеть как угодно.

Почти все биографы Сталина принадлежат к таким субъективным идеалистам. Все они создают "целенаправленную", заранее намеченную историческую версию, к которой подстегивается все, что "работает" на нее, что позволяет сделать "биографию злодея" увлекательной для чтения, как детектив.

Все остальные, т.н. "противоречивые" или "нейтральные" факты спокойно отбрасываются: ведь они мешают писать, не создают "цельности".

Кроме того, факты - будь они хорошие, или плохие - рассматриваются не хронологически - а "тематически", один к другому по типу, а не в порядке их возникновения во времени, не хронологически.

Все фальсификаторы истории - боятся и не любят хронологии! Да они и не умеют писать "хронологическую историю": это для них трудно, нудно и неэффектно. Вот почему все фальсификаторы и их вдохновители упорно борются против хронологических историков, как "объективистов". Они неудобны, как сторонникам версии "тиранства", так и их противникам. Они путают обоим их карты.
К таким объективным работам принадлежит книга венгерских советологов Л.Белади и Т.Крауса. Она - самая объективная, самая лучшая из всех изданных до сих пор биографий Сталина. Но, к сожалению, она кратка, сжата, и сами авторы считают ее не научной, а популярной, хотя именно она свободна от дезинформации, фальши и прямой 100-процентной лжи многих работ, считающихся "научными".

Пренебрежение к хронологии со стороны биографов Сталина из всех лагерей и всех мастей стало причиной того, что несмотря на наличие огромного числа его биографий, мы до сих пор не знаем некоторые, совершенно элементарные факты его биографии, особенно факты личного порядка, обычно известные относительно деятелей гораздо меньшего масштаба, и важные для историка именно с точки зрения точности.
Так, например, до сих пор неизвестен или остается спорным ... год рождения И.В.Сталина, о чем нам придется еще говорить ниже. Точно также мы не знаем всех его псевдонимов, а тем более их значения, и что уже совершенно невероятно, - мы не имеем никакого, даже мифического, апокрифического - представления о его самом главном, основном псевдониме - Сталин - под которым он и вошел в мировую историю.

Вопрос этот, разумеется, должен был бы интересовать и советских и буржуазных историков, но они проявляли к нему поразительную индифферентность, что ясно говорит о том, что тогдашние историки были начисто лишены исторического чутья. Ибо кто запрещал интересоваться этим вопросом буржуазным историкам за кордоном? Конечно, кто знает, может быть они вначале заинтересовались этим, а затем пришли к выводу, что тема не поддается раскрытию или что ее разработка им невыгодна. Но, никаких публикаций, никакой реализации подобной темы, зарубежные советологи так и не осуществили.

Вопрос этот должен был бы встать официально и в СССР, при подготовке издания Полного Собрания Сочинений И.В.Сталина, но поскольку само издание так и не было завершено, то вопрос этот так и остался вопросом.
...
Практически это означало, что все вопросы, могущие интересовать в первую очередь профессиональных историков, т.е. точные даты и часы политических и партийных событий, полные фамилии, имена, отчества, инициалы и псевдонимы и партклички работавших со Сталиным товарищей и его политических врагов, упоминавшихся в его произведениях, предметный, именной, географический и библиографический указатели, - все это заранее не предусматривалось в качестве необходимого научного справочного сопровождения сталинских сочинений.

Они, этого рода справки были изъяты во всех уже вышедших отдельных томах, но они и не предполагались, по-видимому и для всего собрания сочинений в целом.

А это делало все издание крайне куцым, жалким, лишенным информативности, т.е. крайне неудобным для пользования со стороны профессиональных историков и исследователей.

...
М.Б.Митину, например, принадлежит "заслуга" исключения из биографий деятелей революции и партии периода их допартийной жизни, т.е. детства и юношества, которое до 1931 г. считалось наоборот, важнейшим периодом, для объяснения идейного формирования личности. И жертвой этого "исключения" стал и Сталин.
...
Таково было положение, когда издание Сочинений И.В.Сталина, неожиданно застопорилось на 13 томе. Даже вышедшие ранее отдельной книгой выступления и приказы И.В.Сталина в период Великой Отечественной войны 1941-45 гг., для которых заранее отводился резервный 14 том, так и не были переизданы в составе Собрания Сочинений,
...
В то же время, в 1949 г. в период борьбы с "космополитами", когда газеты стали раскрывать литературные псевдонимы типа "Викторов", "Маринин", сообщая еврейские фамилии их подлинных владельцев, - т.е. писателей, поэтов, журналистов, скрывавшихся десятилетиями за этими псевдонимами, Сталин публично выступил на одном из совещаний, и осудил тех, кто раскрывал литературные псевдонимы, подчеркнув, что это недопустимо.
...
Наконец, нельзя упускать из виду, что Сталин печатался не только в партийной прессе, и писал не только прокламации, пропагандистские статьи и марксистские исследования. До перехода на нелегальное положение (в 1902 г.) Сталин печатался в легальных литературных журналах и газетах Грузии (на грузинском языке), причем его произведениями были романтические стихи, которые публиковались издателями тоже под разными псевдонимами.

Таким образом, только кропотливый исследователь, изучающий биографию Сталина день за днем и располагающий всеми архивными материалами, связанными с его партийной и политической деятельностью (донесениями полиции, прессой Грузии и рабочей печатью, личным досье и т.п.) мог бы составить полный перечень сталинских псевдонимов, среди которых, в определенный момент, появился и псевдоним "Сталин". Сопоставление всех этих данных между собой и с событиями биографии Сталина, их, наконец исторический, литературный, лексический и не в последнюю очередь психологический анализ, - позволили бы с достаточной долей достоверности реконструировать ход мысли Сталина или его источники, послужившие толчком, или поводом, причиной для возникновения того или иного псевдонима.

...
10 Так, в то время как в 1939 г. в биографиях Сталина и в воспоминаниях о нем публиковались данные о его детстве, окружении, о его стихах, то в 1947 г. все сведения подобного рода исключались. И даже в Грузии в 1948 г. сталинское стихотворение "Утро" было опубликовано лишь анонимно, хотя до революции, в 1912 г. оно уже включалось в учебники и хрестоматии для школьников. Таковы были гримасы культа личности, насаждаемого чиновниками от пропаганды. Из Сталина создавали "бога", лишая его чисто человеческих черт.

http://www.pagan.ru/lib/books/history/i ... in01_5.php



С осени 1911 г. Сталин впервые ведет руководящую работу в питерском, столичном подполье, куда попадает после удачного побега из Вологды, удачного не только в чисто техническом отношении, но и с точки зрения того импульса, который он дает Сталину. Тот по-настоящему начинает верить в себя, в свою счастливую звезду и в то, что все его будущее должно быть отныне связано не с Кавказом, не с тамошним местным революционным движением и тамошней крайне тяжелой борьбой с местными меньшевиками и анархистами, а с Россией, с центром русского революционного движения, с Петербургом, и вообще с северо-западным регионом Российской Империи, а не с окраинным Закавказьем.

Дело в том, что попав впервые на Север России, в Сольвычегодск в марте 1908 г., а затем после скорого побега, вновь высланный туда же в марте 1910 г. и пробыв там до осени 1911 г., т.е. в общей сложности прожив на Севере России 2 года и 9 месяцев, Сталин открыл для себя Россию, настоящий русский народ, близко узнав его лучшую, чистейшую часть - вологжан, вычегжан. т.е. потомков древних новгородцев, не затронутых тлетворным влиянием ни "московитской татарщины", ни ростово-суздальской религиозной исступленностью, ни воздействием московско-нижегородского "чумазого капитализма", ни, наконец, питерско-ярославской трактирно-лакейской средой, т.е. лишенного всех тех исторически сложившихся пороков быта и социальных отношений, которые были характерны для Срединной и Южной России и которые создавали основные трудности и для развития русского народа, русского рабочего движения и для успешного осуществления пролетарской революции.

Здесь, на Севере, оторвавшись, наконец, от закавказской среды и интриг, Сталин впервые чувствует, что собою представляет Россия, какой огромный морально-политический потенциал для революции составляют здешние русские люди, глубоко чистые душой, кристально честные, искренне чуждые всяким капиталистическим соблазнам, готовые к самопожертвованию и беспредельному терпению.

Сталин впервые таким образом сталкивается с русским коренным народом и осознает, что симпатии этого народа ему будет довольно легко завоевать, ибо народ этот доверчив, открыт, и готов жертвовать собой ради светлой идеи и ради того, кто кажется ему умнее, сильнее и решительнее его самого. А это открывает совершенно новые перспективы и в революционной работе, и в революционной карьере самого Кобы.

...

так или иначе Сталин уже в 1912-14 гг., за три года до революции фактически мог считаться третьим-четвертым человеком в руководстве большевиков, и только вливание в РСДРП(б) после Февральской революции (на VI съезде) массы бывших меньшевиков, эсеров, межрайонцев и троцкистов - на время отодвинуло, как бы Сталина, "оттерло" его на некий "второй план", причем не по существу, а, так сказать, чисто внешне, вследствие особой "шумливости" бывших оппозиционеров

...

Но Сталин бежит и из Нарымской ссылки,

... наблюдательный Анри Барбюс, отмечал, что основной причиной удачи этого побега было отличное знание Сталиным психологии простого русского народа.

Сталина не выдали (несмотря на его акцент и внешность) именно самые простые и "тертые" русские люди - ямщики, крестьяне, прислуга постоялых дворов, без содействия которых никакой побег через всю Россию не удался бы. Другие русские революционеры, особенно из числа интеллигенции, часто не могли найти общий язык с простыми людьми, или настолько выделялись из массы своими "барскими" привычками или поведением, что вызывали подозрение у простолюдинов, которые, будучи строго приучены к российской государственной дисциплине, немедленно доносили о "странных барах" по начальству. Как известно, именно благодаря таким доносам ямщиков, горничных, дворников и других "подневольных людей" были сорваны, провалены самые искусно подготовленные побеги декабристов, Чернышевского и массы народовольцев-дворян из Витимских, Олекминских, Нерчинских и тому подобных сибирских ссылок.

Сталин же, используя интуитивно, и сознательно некоторые черты русского характера, умел располагать к себе ямщиков на сибирских трактах. Он не старался их упрашивать скрыть его от полиции обещаниями дать деньги или как барин не предлагал им "дать на водку", т.е. всячески избегал того, чтобы люди воспринимали его как человека, хотевшего их "подкупить", сделать что-то недозволенное за взятку, ибо хорошо понимал, как оскорбляли такие предложения открытых, наивных, честных, простых русских провинциальных людей. Вместо этого, он "честно" говорил ямщикам, что денег у него на оплату поездки нет, но вот пара штофов водки, к счастью, имеется и он предлагает платить по "аршину водки" за каждый прогон между населенными пунктами, насколько хватит этих штофов. Ямщик, конечно, со смехом начинал уверять тогда этого явно нерусского инородца, что водку меряют ведрами, а не аршинами. И тогда Сталин, вытаскивал из-за голенища деревянный аршин - досочку длиной 71 см, доставал из мешочка несколько металлических чарочек, плотно уставлял ими аршин, наливал в них водку и показывал на практике, как он понимал "аршин водки". Это вызывало всеобщий смех, веселье, поскольку все это было как-то ново, необычно, и приятно "тормошило" русского человека в обстановке серости и обыденности провинциальной жизни. Главное же - такой подход превращал взятку из "подачки" и "подкупа" в товарищескую игру, лишал всю эту сделку ее смущавшего людей неприличия, ибо создавал ситуацию товарищеской шутки, азарта, и дружеского взаимодействия, так как нередко уже второй или третий "аршин водки" распивался совместно. "И откуда ты взялся, такой веселый парень! - говорили ямщики, не без сожаления расставаясь с необычным пассажиром. - "Приезжай к нам еще!", - поскольку он слезал через три-четыре станции, откуда уже с другими ямщиками продолжал ту же игру, - всегда проезжая небольшой отрезок пути и никогда не говоря конечного пункта своего следования, и вообще не упоминая ни одной станции, которые он не знал и в названии которых не хотел ошибиться. Он ехал - покуда хватит "аршина водки" или нескольких аршинов, - и так неуклонно и надежно продвигался из Сибири в европейскую Россию, избегая всяких встреч с полицией.

Так, несмотря на весь свой грузинский, "капказский" вид и вопреки явно нерусскому акценту и речи, Сталину удавались его дерзкие побеги из самых отдаленных углов Российской империи. Он знал народ, и народ, чувствуя это, был на его стороне, разумеется, и не подозревая, с кем в действительности имеет дело.

http://www.pagan.ru/lib/books/history/i ... in01_9.php

так что по представлениям литературоведов, Сталин никогда в жизни не мог бы и встретиться с этим переводом, с этой фамилией, которая дескать и им, специалистам, мало известна. Таково было типично интеллигентское, ограниченно-высокомерное, а по существу "курячье" рассуждение, от которого всегда столь страдает наша страна. Интеллигенты - "специалисты" не умеют видеть дальше собственного носа и полагают, что и другие находятся в таком же положении.

Вот за это Сталин так глубоко ненавидел и презирал "спецов", особенно в начале 20-х годов. Его возмущал их тупой, ограниченный гонор, их мизерные суждения, исходящие из "видимости", а не из осмысления сущности явления. И потому ему хотелось быть с ними особенно грубым, резким, беспощадным. Пусть думают, что если он груб, то уж обязательно - невежда. Глупцы! Они не видят, не понимают его гениальности. Тем хуже для них! Котята, которые слепы и которых надо утопить! И он был, разумеется, прав. Он обвел их всех вокруг пальца. Он издевался над ними и презирал их. Ученые! "Умники"! "Вумные как вутка"! И т.д. и т.п.

http://www.pagan.ru/lib/books/history/i ... n01_11.php

Сталин в душе оставался романтиком и в 1912 году. Это - не подлежит сомнению. Но он уже научился заковывать свое сердце, свои чувства в стальной непроницаемый панцирь, ибо жизнь научила его скрывать свое я, или точнее говоря, не раскрываться перед другими. Уж слишком много разочарований было связано с повышенной юношеской кавказской эмоциональностью и откровенностью. Слишком много он перенес ударов - и личных и партийных в связи с этим. Но он все вынес. Все пережил. И вышел из борьбы закаленным - как хорошая булатная сталь. Он понял, что для успеха в политической борьбе надо уметь не открывать внешнему миру, даже друзьям, свои чувства, ум и сердце. Так вернее. Никто не должен проникать в святая святых его души - ни друг, ни любимая женщина. И уж никто не должен никогда предполагать, что его стальной псевдоним имеет какую-то связь с его романтической юностью и служит ее отдаленным и затаенным отголоском.

Исходя из всего этого, Сталин решил отныне прибегнуть к еще одному средству маскировки своей неизжитой "романтичности" - к внешне грубоватому поведению, которое постепенно, и в критические минуты, становилось подчас просто грубым, и обратило на себя внимание товарищей по партии, и лично Ленина, которые, не понимая причины этого явления, т.е. не догадываясь о подспудных мотивах этой "маски", превращавшейся во вторую натуру, с сожалением и с осуждением относились к этой черте характера Сталина, так как она, с их точки зрения, не придавала популярности ни ему лично, ни тем более партии.
...

Если у Ленина маскировка его подлинных чувств происходила естественно, без натуги и обнаруживалась только в его предельной сдержанности, собранности и в волевом, целеустремленном поведении, то Сталин скрывал, "конспирировал" свой внутренний мир совершенно иным образом: он надевал определенную личину, полностью не только скрывая за ней свое "нутро", но и главное, - дезориентируя окружающих различными "масками", в том числе и "благожелательными", "общительными" и т.п.

И это относилось не только к контактам с явными или скрытыми противниками, но такая тактика проводилась Сталиным и в отношении друзей. "Взаимное недоверие - это хорошая основа для сотрудничества", - сформулировал позднее Сталин эту особенность своей позиции по отношению к сторонникам.


...
Ленин не допускал никогда даже малейшей неискренности в своем поведении - как с врагами, так и особенно с друзьями - единомышленниками.

Сталин же использовал неискренность, как сильное оружие, как средство дезориентации - в политической, и в "кадровой" борьбе, независимо от того, кто был его контрагентом.

Ленин, которому претила несдержанность, недостаток у людей самоконтроля, отсутствие волевой узды, амикошонство и просто неумение владеть своими чувствами у многих товарищей по партии, - высоко ценил Сталина именно за отсутствие у него этих черт, и особенно за умение скрывать, прятать свои расчеты, планы, намерения и любые движения души, а также, главное, скрыто готовить и осуществлять свои (т.е. партийные, большевистские) политические действия.

...
Но когда Ленин в начале 20-х годов понял, что одним из главных "технических" средств для Сталина в его деятельности служит также неискренность, что он способен надевать или принимать различные "личины", то его доверие к Сталину пошатнулось. Он стал опасаться, что эти свойства Сталина станут источником его злоупотребления беспредельным доверием к нему партии.
...

Все же, что было привнесено в Библию либо религиозным сознанием, либо церковными канонами и правилами, либо, наконец, проникло туда из узко-национальных источников, и, следовательно, было субъективно окрашено, являлось лишь кастовым или сектантским, как например, некоторые еврейские, местные палестинские ситуации и обычаи, - все это отсекалось, отметалось Сталиным, как не имеющее серьезного общеисторического и общечеловеческого значения.



...
Что же касается числа 10, то оно представляет собой сумму первых четырех чисел (1+2+3+4 = 10). В них заключена вся полнота счета и гармонии. Все остальные числа - лишь производные от них. А 10 - их итог, завершение, число "окончательное", итоговое.

Это - число определено, как совершенство - самой природой. У человека 10 пальцев на руках и на ногах, и тот, кто родился без всех десяти, или наоборот, родится с шестым пальцем, - признаются уродами, т.е. неполноценными людьми. На каждой руке и ноге по 5 пальцев, таким образом число 5 - эта половина 10, и, следовательно, составная равная часть совершенства, путь к совершенству, важная веха на пути к совершенству, к полному, нормальному порядку. Отсюда идут, кстати, и сталинские пятилетки - вехи экономического, индустриального развития страны, ступени роста экономического потенциала державы.

Вот почему все кратное 10 и 5 было важным для Сталина. По "пятилеткам" он ориентировался после 1912 г., а быть может и несколько раньше. Цифровой символике Сталин уделял внимание и в периоды войн - как гражданской, так и Отечественной.

Так, в силу настояний Сталина в 1918-22 гг. была принята пятиконечная звезда - пентаграмма - в качестве символического охранного знака не только для Красной Армии, но и как государственная эмблема. Сталин вначале "протащил" пятиконечную звезду в 1922 г. в герб Грузии, а затем - в герб ЗСФСР, и позднее - также в герб СССР (в 1936 г.), хотя В.И.Ленин был принципиально против использования военных символов в качестве эмблем социалистического государства. В годы Великой Отечественной войны Сталин разработал систему салютов, которая во-первых, сильно отличалась от традиционной международной, а во-вторых, была построена на только ему известных и им изобретенных численных принципах. Однако эта система была настолько стройной, понятной и логичной, что ее без всяких оговорок признали во всем мире. При этом надо заметить, что никто не знал и не догадывался, что создателем был Сталин. Вернее, знать-то знали такие ближайшие люди в Ставке Верховного Главнокомандующего, как маршалы Жуков, Василевский, Ворошилов, Шапошников, Берия, генерал армии - Антонов, но нигде, никогда, даже в мемуарах, изданных после смерти Сталина, они об этом не обмолвились и словом. Причины здесь две: во-первых, так сказать "обет молчания", а во-вторых - и это главное - бескультурье и непонимание этими людьми вообще символики, отсутствие у них представления о том, что любое изобретение, новое слово в этой области уже само по себе - гениально, что это - выдающееся явление.

Отсюда понятно, что Сталин к концу жизни не только глубоко презирал, но и имел все основания - ненавидеть свое окружение, как людей, стоящих по сравнению с ним, чуть ли не на уровне неандертальцев в историко-гуманитарном, философском отношении.

Он, выходит, должен был еще ткнуть им пальцем и указать, что гениально, а что - нет, и при этом еще строго приказать говорить то-то и то-то, а они, будучи прямыми и единственными свидетелями его творчества, его усилий, - сами, без приказания, не соображали даже - каков уровень его творчества, не могли объяснить это другим без его помощи! И с такими-то ослами ему надо было всю жизнь создавать и крепить, отстаивать и растить великую державу, воспитывать народ! Нет, - это сверх человеческих сил! "Моя жизнь - безжалостная как зверь!"

Таковы могли быть настроения Сталина к концу жизни, когда он с ужасом обнаруживал, что не видит вокруг себя человека, которому можно бы оставить в наследство великий Советский Союз. Он внутреннее был взбешен в такие моменты, и - если в этот момент вокруг были "соратники" или кто-либо один из них - его гнев обрушивался на этих людей. А если эти приступы гнева посещали его в одиночестве, то один из них - мог взорвать его изнутри. Так что его смерть 5 марта 1953 г. была не случайной, была преждевременной. Она последовала либо вслед за разносом кого-либо из окружения, либо удар случился из-за невозможности тотчас же организовать, осуществить такой разнос, ибо никого вокруг не было. Вполне возможен и третий вариант конца: соратники, зная настроения Сталина и опасаясь за свое благополучие, организовали устранение вождя, попросту отравив его. Тот факт, что врачам не позволили произвести паталого-анатомический анализ - только говорит в пользу этой версии. Но настроения близкие к вспышкам отчаяния, стали посещать Сталина только после 1949 г.

В этом году, - когда ему исполнилось 70 лет, - внешне все было счастливо и спокойно, как подобает быть в большой юбилей: победоносно окончилась великая война, была создана атомная бомба, вооруженные силы СССР были самыми крупными и самыми крепкими в мире, вырос, увеличился территориально и численно лагерь социализма - в него вошли бывшие сателлиты или вассалы Германии, прежде кольцом окружавшие Советский Союз, в него вошел великий Китай, численность и влияние коммунистических партий во всем мире, их общественный авторитет в своих странах, неимоверно возросли. Казалось, можно было отмечать с удовлетворением, что весь исторический ход событий произошел так, как и предсказывали марксисты полвека назад, в самые тяжелые для них годы.

Однако Сталин был великим мыслителем и политиком и поэтому он всегда смотрел вперед, учитывал перспективу и главное, - никогда и ни при каких обстоятельствах не любил (и другим не позволял) почивать на лаврах. Он, и только он один, видел в 1949 г., что эта дата не принесла ожидаемого успеха для СССР и его международных позиций так, как это должно было быть по всем предварительным расчетам.

Дело в том, что капиталистический мир, чрезвычайно быстро и на сей раз организованно, слаженно, отреагировал на усиление СССР после второй мировой войны. За два года - с 1947 по 1949 г. империалистам удалось в мирное время создать всемирную агрессивную милитаристскую организацию - блок НАТО.

Конечно, советские военачальники, могли утешаться тем, что НАТО - слабо по сравнению с Советскими Вооруженными силами - но для Сталина подобных "утешений" не существовало. Важен был сам принципиальный исторический факт: империализм, мировой капитализм сумел консолидироваться в военный агрессивный блок, в мирное время, да еще открыто, откровенно направленный против коммунистических стран и международного рабочего движения. По всем теоретическим показателям - для подобной консолидации нужны были бы не два, а по крайней мере 5 и даже 10 лет. Значит, в мире империализма что-то сильно, изменилось, что он стал дисциплинированно плясать под чью-то дудку, расставаясь со своими хвалеными демократическими, либеральными свободами. (На XIX Съезде партии, в 1952 г. Сталин скажет об этом так: "Сама буржуазия, - стала другой, изменилась серьезным образом, стала более реакционной. Раньше буржуазия позволяла себе либеральничать, отстаивала буржуазно-демократические свободы. Теперь от либерализма не осталось и следа. Знамя буржуазно-демократических свобод выброшено за борт!"26

Для Сталина не составляло, конечно, никакого секрета, что главой мирового капитализма после второй мировой войны стал американский империализм, заказывающий на свои долларовые миллиарды - чуть ли не любую музыку в мире.

Отсидевшаяся от войны за двумя океанами Америка, не потерявшая и сотой доли тех людских ресурсов, которые были потеряны Советским Союзом в войне с фашизмом27 , разжиревшая на военных заказах за счет ослабления всех других стран, - эта наглая, бесстыжая, гангстерская Америка, - находилась в чрезвычайно удобном, недосягаемом положении и из этого своего логова - нахально угрожала уже всему миру, а прежде всего СССР.

Только Сталин понял, что - раз этот старт Америки состоялся, - то впереди новые годы упорной борьбы с империалистами. Борьбы, которую эти откормленные, сытые янки навязывают обескровленному войной советскому народу, причем - ведут эту борьбу пока не оружием, а деньгами - подкупая, разлагая народы, пользуясь их бедственным положением и нищетой. Вести открытую борьбу советский народ всегда может, даже на пределе сил, но вести борьбу против невидимого противника, когда тот использует подлые, гнусные средства, - русский открытый народ не может, ибо скрытый враг, действующий без оружия - ему не понятен. Исторически сложилось так, что русским надо видеть врага, чтобы понять, что он - враг.

Да и как объяснить людям четыре года пробывшим на фронте или терпевшим не меньшие лишения в тылу, что сейчас, после Великой Победы, настоящая борьба с капитализмом только начинается? Люди устали. Люди ждали отдыха. Люди хотят получить его немедленно. И они правы. Но как теперь можно отдыхать, как можно остановиться, когда американский империализм заложил под всю Европу, под весь Азиатский и Африканский континенты свою финансовую, свою экономическую мину, и готов ее взорвать ради своего эгоистического, империалистического благополучия?

Как разъяснить простым людям все это, всю сложность международной обстановки и поднять их на новый этап, на новый виток борьбы, на сей раз - последней и окончательной?

Кто выстоит в этой борьбе - тому и достанется мир. И только тот - будет после этого по-настоящему отдыхать. Остальные же будут ввергнуты в вечное рабство. Но это будет еще через много десятилетий! Хватит ли сил и лет оставшейся жизни? Хватит ли решимости и ума вести эту борьбу у соратников? Хватит ли терпения и самоотверженности в последний раз у народа, или новые поколения - окажутся более политически хлипкими, податливыми буржуазной пропаганде и подкупу и предадут великое дело революции, созданной, взращенной, выпестованной гениями пролетариата - Марксом, Энгельсом, Лениным? И историческую ответственность за сохранение этого наследства должен будет нести он, Сталин. Хватит ли нас на все это? Хватит ли, наконец, его? Нет, это выше человеческих сил. "Моя жизнь - безжалостная как зверь!"

Так в 1949 г. Сталин впервые, и вполне объективно, проанализировав состояние и расстановку мировых политических сил, пришел к выводу о крайне сложном положении для СССР и о необходимости подготовки без передышки нового этапа классовой борьбы на международной арене.28

Сложность момента состояла в том, что во-первых, после 70 лет Сталин стал себя хуже чувствовать, частично сократилась его гигантская работоспособность, а во-вторых, он по ряду международных и внутренних причин не мог открыто, ясно, громогласно призвать народ и народы мира к новому этапу борьбы с империализмом. Никто тогда этой исторической необходимости не понял бы.

В 1949 г. уже нельзя было, как в 1917 или 1919 гг. бросить лозунг "Социалистическое Отечество в опасности!", хотя это было бы исторически правильно. Но опасность хотя и была, однако ее никто не видел, или не хотел видеть. Кроме него. В том числе, не видели ее даже его соратники, с которыми он (кроме, разве Молотова) вообще на этот счет предпочитал не делиться: все равно не поймут.

Именно при такой ситуации у Сталина и стали возникать порой настроения отчаяния, - состояния ранее ему совершенно неизвестного, им ненавидимого, а потому для него - наиболее мучительного.

До 1949 г., т.е. на протяжении всех 70 лет жизни Сталин не знал, что такое безвыходное положение, он всегда, в самые критические моменты сохранял ясную голову и непоколебимый оптимизм, и даже в июне 1941 г., ему потребовалось всего 5 (пять!) суток, чтобы полностью восстановиться после шока от германского нападения и организовать военную жизнь огромной страны и ее вооруженных сил - на новых началах, не допустив в стране ни тени паники, отчаяния или уныния.

Да, в период 1879-1949 гг. все было у Сталина расписано по порядку, и все сбывалось так, как было расписано. Именно поэтому он стал с 1912 г. особенно верить в мистику цифр. Но в 1949 г. цифры - подвели. Правда, не настолько, чтобы это было заметно для других, но зато заметно для него, Сталина, а это было - главное. И было отчего приходить в отчаяние. Неужели он не выдержит? Неужели на этот раз не доведет борьбы до конца? Неужели его стальной, гибкий и несгибаемый, твердокаменный оптимизм будет размыт приливами отчаяния? Нет, нет и нет, хотя моя жизнь - безжалостная, как зверь!

http://www.pagan.ru/lib/books/history/i ... n01_13.php



Сталин пренебрег к концу жизни ленинским указанием, что нельзя допускать ни малейшего проникновения в мышление - даже слабейших элементов субъективного идеализма, что нельзя делать никаких - ни временных, ни крохотных уступок идеализму, ибо это немедленно скажется на ошибках в проведении практической политики, приведет к краху мероприятий, основанных на субъективизме.

Это ленинское предупреждение оказалось пророческим. Вся партия фактически оказалась зараженной к 60-80-м годам XX века идеалистической, т.е. враждебной марксизму, буржуазной идеологией. И именно этим объясняется переход советской системы к неверной политике, к волюнтаристским мерам, которые в конце концов разрушили социализм.

Ныне же идеализм, можно сказать, открыто восторжествовал в современной российской идеологии. И это верный знак того, что все историческое развитие нынешней России повернуто вспять, и возможно, в течение целого XXI столетия, страна не подымется из рабского положения в экономическом и внешнеполитическом смысле.

Руководить страной со свечкой в руке и с богом на устах практически не было возможно даже в самые глухие периоды средневековья. Религия даже мракобесами использовалась только в декоративных целях, если они желали добиваться реальных политических результатов.

У нас же бывшие так называемые "партийные руководители" без всякого стеснения крестятся перед телевизионными камерами, лобызаются с патриархом, отслуживают молебны на государственных мероприятиях - завершении строительства, спуске корабля и т.п.

Развращение народа циничным попранием того, чему прежде сами поклонялись, может привести только к одному результату: к полному недоверию народа к государственной власти, к растлению национального, патриотического сознания народа, которому либо станет буквально наплевать на все или который окончательно привыкнет во всем рабски подражать "начальству".

В обоих случаях это окончится трагично для страны.

...


Вместе с тем, к числу "слабостей" Сталина следует несомненно отнести его всегдашнее стремление произвести впечатление своей всесильности, хотя это и достигалось, как бы неброскими, косвенными и "естественными" мерами. Здесь важно подчеркнуть, что речь шла не о личном выпячивании своего "я", а исключительно о демонстрации всемогущества социалистического государства. И делалось это в двух, как правило, случаях: во-первых, для иллюстрации тезиса о том, что "если надо стране, то будет сделано все, даже - невозможное" и, во-вторых, для иллюстрации другого любимого сталинского тезиса: что "если приказано, то должно быть выполнено, хоть ты умри".

Надо сказать, справедливости ради, что Сталин требовал следованию этим тезисам от всех своих подчиненных, от всего народа, стараясь привить четкую исполнительность всей государственной и общественной машине страны. Но вот иллюстрировать, как на деле должны выполняться эти тезисы, к сожалению, мог, только он сам. Другие, соратники и подчиненные были на яркие иллюстрации неспособны.

Покажем это на некоторых примерах.

Вечером 4 сентября 1943 г. Сталин впервые за годы советской власти принял в Кремле патриаршего местоблюстителя митрополита Сергия и двух его коллег - митрополитов Алексия (Ленинградского) и Николая (Крутицкого и Коломенского), чтобы поблагодарить их за внесение церковью в фонд обороны 150 млн. рублей, собранных за счет пожертвований верующих. В ходе беседы, Сталин поинтересовался проблемами, которые стоят перед церковью. На это митрополит Сергий ответил, что самая главная у них проблема - это выборы патриарха, так как для этого надо собрать Поместный собор, что в условиях войны, отсутствия транспорта, осуществить в огромной стране трудно, и на что потребуется один-два месяца.

- "А нельзя ли проявить большевистские темпы?" - спросил Сталин. И тут же отдал распоряжение привлечь авиацию для сбора всех епископов, чтобы открыть Поместный собор не через месяц, а через три дня! Тут же договорились, что открытие состоится 8 сентября, хотя разговор шел уже во втором часу ночи 5 сентября, а уже в 5-6 часов утра в Богоявленском соборе состоялась торжественная литургия, где митрополит Сергий объявил о том, что 8 сентября в Москве соберется Поместный собор. Выйдя после службы из церкви, прихожане могли прочитать подвезенные к киоскам вокруг собора свежие номера "Известий", где было уже опубликовано сообщение ТАСС о приеме Сталиным в Кремле - трех митрополитов. На всю "операцию" потребовалось буквально не более трех часов.

Вот это и означало - "если надо, то будет сделано все, - даже невозможное". А надо это было в связи с тем, что 9-10 сентября должны были прибыть в Москву американцы, которые рассчитывали собрать факты о подавлении в СССР большевиками - религии. Надо ли говорить, как опоздали со своими "исследованиями" союзники-американцы!

Можно представить себе, как вытянулись их лица! Зря ехали, зря планировали, зря тратились!

Да, "если нужно, то в социалистической стране, можно сделать все, даже - невозможное".

Второй эпизод, также относится ко времени приема Сталиным митрополита Сергия в Кремле. Сталин представил Сергию будущего Председателя комитета по делам церкви, генерал-майора КГБ Г.Г.Карпова, сказав, что тот будет своего рода "связным" между правительством и церковью.

Сергий: - Но разве это не тот Карпов, который нас преследовал?

Сталин: - Тот самый. Партия приказывала преследовать Вас и он выполнял приказ партии. А теперь мы приказываем ему быть Вашим ангелом-хранителем. Я знаю Карпова, он исполнительный работник.

Этим Сталин хотел подчеркнуть, что при социализме нет личных отношений, а есть только классовые, партийные, общественные и они регулируются не лицами, а партией.

Этот диалог почти в точности повторял ситуацию, когда Сталин решил произвести "потрясающее впечатление" на союзников-американцев, участвовавших в государственных переговорах.

Как известно, у Сталина было несколько переводчиков, для каждого языка - свой специалист. Переводчиком с немецкого и на немецкий был Бережков, переводчиком с английским языком - был Павлов. Бережков стал работать в МИДе еще до войны, участвовал в переговорах с Гитлером и Риббентропом, "удостоился" особого внимания Гитлера, который с трудом поверил, что Бережков русский, и, по-видимому, так и остался убежденным, что перед ним - немец, столь тонко чувствовал этот переводчик иностранный язык.

Как-то случайно, Сталин узнал, хотя Бережков об этом прежде не упоминал, что тот знает помимо немецкого и английский язык. Однако никакого влияния этот факт в положение Бережкова не внес, и казалось, вообще, не был принят Сталиным во внимание, ибо Бережков был твердо закреплен, как переводчик №1 по немецкому языку, и, даже если бы он и знал другой язык, то трудно было бы предположить, что он знал его лучше немецкого, ибо то был язык его детства.

И вот, как-то спустя два или три года, всего за 5-10 минут до начала ответственных переговоров с американцами Сталину сообщают, что Павлов не сможет присутствовать, так как неожиданно заболел.

Американцы, уже прибывшие в Кремль, узнав об этом - заволновались: будут отложены или сорваны переговоры? Советник посольства США в Москве Чарльз Болен, с тревогой спрашивает у Сталина:

- Что же делать?

Но Сталин невозмутим. Он единственный из всех присутствующих, кто совершенно спокойно воспринимает сложившуюся ситуацию.

- Что делать? - Будем работать, - невозмутимо заявляет он.

- Но кто же будет переводить? - нервно спрашивает Ч.Болен.

- Переводить будет Бережков. Вызовите его.

- Но Бережков же немецкий переводчик, а не английский, - не унимается Ч.Болен..

- Это не имеет значения, - заявляет Сталин.

С американцами - шок!

- Как так не имеет значения?

- Я ему прикажу и Бережков будет переводить с английского, - спокойно объясняет Сталин.

Действительно, явившийся тотчас Бережков отвечает на приказание Сталина - "есть!", блестяще проводит свою работу, а американцы, находящиеся в состоянии легкого обалдения во все время переговоров, следят не столько за их ходом, сколько не устают поражаться гладкому английскому Бережкова, и почти (а может быть и на все 100%) верят, что "Сталин может приказать все, что угодно, и это непременно будет исполнено".

Этот эпизод говорит о том, что Сталин не только питал слабость к тому, чтобы производить эффект, но и о том, что он имел огромное терпение, выдержку и умел ждать "нужного момента" даже годы. Он знал, что "хороша ложка к обеду", а психологическая атака на противника - всегда хорошая "подстилка" для собственного успеха в переговорах.

И в таких вопросах, по его мнению, "мелочей" не бывает. Любая мелочь должна быть использована для дела и к делу.

Здесь вновь нельзя не провести параллели с В.И.Лениным.

Ленин также знал и умел использовать отдельные случаи, детали, события - для общего и большого дела. Для иллюстрации или пропаганды какой-либо мысли или мероприятия. Но при этом никогда, и ни в малейшей степени Ленина не интересовал внешний эффект. Наоборот, он сознательно стремился избежать каких-либо эффектов, притушить их даже, если они возникали естественно.

Сталин же, наоборот, способен был незаметно, но тщательно подготовить эффект, более того, стремился подать его театрально, драматургически сильно. У него не было "экспромтов", он любил предварительную режиссуру любых мероприятий, так как считал, что только то, что проверено, прорепетировано, отработано заранее, может принести успех. Отсюда - требование Сталина к ораторам и докладчикам - заранее письменно готовить свои выступления. Важно, чтобы человек глубоко проработал то, что предстоит ему говорить. На деле же это важное в русских условиях требование, было извращено некомпетентными и неграмотными людьми в аппарате и среднем звене управления: выступления подготавливались низшими работниками, а зачитывались эти шпаргалки - уже совершенно формально и без души - руководителями.

Один только Сталин в 20-50-х годах продолжал сам писать и готовить свои выступления и доклады, свои статьи. Во всех остальных звеньях управления страной перешли на пользование шпаргалками, заготовленными не лучшими, а самыми худшими, самыми низшими представителями советского чиновничества. Спрашивается - можно ли винить в этом Сталина, или вернее будет сказать, что даже ему оказалось не под силу борьба с ленью, всеобщей косностью и вездесущим русским "авось, и так сойдет". И не в этом ли факте невозможности добиться нужных результатов в стране, путем терпеливой, долгой разъяснительной работы, Сталину, который знал, что надо спешить (ибо "отсталых бьют") в конце концов, пришлось уповать только на приказы, наказания, репрессии, как на единственную возможную форму эффективного руководства страной, где прежде столетиями процветали и укоренялись разгильдяйство, наплевательское отношение к казенной собственности, взяточничество, воровство и мошенничество во всех звеньях государственного аппарата и во всех порах общественной структуры населения?

Недаром Сталин подчеркивал в одном из своих выступлений, что особенностью реформаторской деятельности Петра I было то, что ему к сожалению, пришлось бороться с варварством и отсталостью в стране - не цивилизованными, а варварскими методами.

Ибо так не он хотел и мог, а такие формы борьбы навязывала ему историческая обстановка и общественные условия русского государства, и даже сама национальная психология русского народа, о чем никак нельзя забывать!
http://www.pagan.ru/lib/books/history/i ... n01_15.php

arhiv »

Великий псевдоним, В. Похлёбкин - аудиокнига студии БК-МТГК.
http://mp3-kniga.ru/poh-velik.htm

Сегодня наши враги пытаются представить выдающегося учёного В. В. Похлёбкина как либерала, диссидента-антисоветчика. В этом, якобы, все причины его разногласий с научным сообществом, его бунт и отшельничество в последние годы жизни.

В представленной здесь книги В. В. Похлёбкина «Великий псевдоним» перед нами предстаёт совершенно другой образ нашего замечательного соотечественника — образ убеждённого коммуниста, ленинца, сталинца, борца за коммунистические идеалы. Именно эта борьба, принципиальность и непримиримость с властными «оборотнями от науки» сделала его неуживчивым и нежелательным в научных кругах.

После опубликования этой книги, в 2000-м году, В. В. Похлёбкин был убит. Убийца работал чисто, из дома ничего не взял, следов не оставил. Следствие было прекращено. Остались работы замечательного человека и учёного, а так же наша светлая память о нём.



НЕСКОЛЬКО СТРОК ИЗ БИОГРАФИИ

Родился 20 августа 1923 г. в семье революционера Василия Михайловича Михайлова, который взял себе подпольный псевдоним Похлёбкин.

Окончив школу, ушёл добровольцем на фронт и прошёл почти всю Великую Отечественную войну разведчиком. В боях под Москвой
был тяжело ранен и на передовой больше служить не мог. Зная три языка, служил в полковом штабе.

В январе 1945 года поступил на факультет международных отношений МГУ. Будучи аспирантом, сотрудничал с журналом «Военная мысль».
В 1955—1961 годах возглавлял основанный им журнал «Скандинавский сборник», выходивший на гонорары от его статей и переводов.

По свидетельству Георгия Арбатова, Похлёбкин «не мог ужиться с директором Института истории и его прихвостнями». В итоге ему закрыли доступ в спецхран и архивы, затем выжили из Института истории. Оставшуюся жизнь В. В. Похлёбкин продолжал научную работу частным образом.

Изображение

Изображение


Август-Вильям Васильевич ПОХЛЁБКИН




"ВЕЛИКИЙ ПСЕВДОНИМ"
аудиокнига студии БК-МТГК


1. Постановка вопроса

2. Роль и значение псевдонимов в истории общественно-политической жизни России


3. Псевдонимы в революционном движении России


4. Почему задерживалось издание Собрания Сочинений И. В. Сталина при его жизни и как Сталин относился к раскрытию чужих псевдонимов

5. Сводный список сталинских псевдонимов и их классификация

6. Какие задачи ставил Сталин при выборе псевдонима? История его псевдонима «Коба»

7. Сталин знакомится с русским народом. Успехи в партийной карьере И. В. Джугашвили

8. На пути к выбору нового партийного псевдонима

9. Литературные интересы юного Сосо

10. Кто был живым прототипом сталинского псевдонима?

11. Все пять ответов на пять прежде недоумённых вопросов

12. Кое-что о мистике, или символике цифр, чисел и дат

13. Анализ хронологии сталинской биографии


14. Ещё несколько штрихов для понимания психологии И. В. Сталина. О его «слабостях», «мифах» и «легендах» вокруг его имени



15. Послесловие


Всего: 15 файлов mp3, 6 часов 11 мин., 340 мб.

Текст произведения "Великий псевдоним"
RAR


||||||||||||||||||||||||||||||


ПРИЛОЖЕНИЯ

Шота Руставели, «Витязь в тигровой шкуре» (краткое содержание и полный текст)

Библиография В. В. Похлёбкина.

« СССР.

tumblr hit counter