Нищие в ловушке потребительства


НЕВЕЖЕСТВО И МРАКОБЕСИЕ – МОТОР СОВРЕМЕННОГО РАЗВИТИЯ


Профессор Катасонов рассказал в ЛГ. Он любит задавать студентам такой вопрос: «Что является главным ресурсом современной экономики?» Ответы разные: нефть, деньги, знания. И всё мимо. «Главный ресурс современной экономики, - торжественно возглашает профессор, - это дурак. Ему можно впарить всё». Смех в зале.
Забавно, правда? А на самом деле это не шутка, а, как говаривал Остап Бендер, «медицинский факт». Мотором современного развития являются невежество и мракобесие.

Изображение

«ОСТАНОВИМ ЕЁ И РАССПРОСИМ: «КАК ДОШЛА ТЫ ДО ЖИЗНИ ТАКОЙ?»

Человечество достигло максимума своей научно-технической мощи в 60-е годы ХХ века. После этого ничего радикального в науке и технике не произошло. Движущей силой этого развития была ракетно-ядерная гонка. Символом и апофеозом научно-технической мощи был выход человека в Космос.

В это время научная профессия была самой модной и престижной, бородатые физики были героями книг и фильмов, их любили девушки, им подражали «юноши, обдумывающие житьё». Я помню, насколько был моден Космос в моё детство – в 60-е годы. Мы знали на память всех космонавтов, я, помнится, выпускала стенгазету с заголовком, которым очень гордилась: «Новая веха космической эры – радиограмма с далёкой Венеры».

Был огромный спрос на инженеров-физиков, математиков. Именно физик был в те времена современной версией «добро молодца». Каждая эпоха порождает свою версию героя нашего времени – так вот тогда это был учёный–физик. Лучшие, умнейшие поступали матшколы, а потом в какой-нибудь МИФИ или МФТИ. Очевидно: чтобы один стал мировым чемпионом, тысячи должны начать играть в футбол в дворовой команде. Точно так и чтобы один совершил мировое открытие, мириады должны выйти на старт: прилично учить физику-математику, морщить лоб над задачкой из журнала «Квант», стремиться к победе в районной олимпиаде. И все эти занятия должны быть модными, уважаемыми, престижными. Так тогда и было. Быть умным считалось модно. В моё детство был альманах «Хочу всё знать!» - там писали по большей части о науке и технике. И дети в самом деле хотели это знать.

Уже в 70-е годы словно закончилось горючее в ракете и она вышла на баллистическую орбиту. Всё шло вроде по-прежнему, но шло по инерции, душа мира ушла из этой сферы жизни. Напряжение ракетно-ядерной гонки начало сходить на нет. Постепенно ядерные сверхдержавы перестали взаправду бояться друг друга и ожидать друг от друга ядерного удара. Страх стал скорее ритуальным: советской угрозой пугали избирателей и конгрессменов в Америке, а «происками империализма» - в СССР. То есть гонка вооружений продолжалась: большое дело вообще обладает колоссальной инерцией, просто так его не остановишь: вон у нас советская жизнь до сих пор не до конца развалилась. (Я имею в виду и техническую инфраструктуру, и броделевские «стркутуры повседневности»).

Гонка вооружений продолжалась, но такого, чтоб министр обороны США выбросился из окна с криком: «Русские идут!» - такого уже быть не могло. Гонка вооружений со временем утратила свою пассионарность, стала делом не боевым, а всё больше бюрократическим.

Научно-технические требования правительств к своим научным сообществам понижались. Политическое руководство уже не говорило учёным, как тов. Берия тов.Королёву, сидя в укрытии на атомном полигоне: «Если эта штука не взорвётся, я тебе голову оторву!».

Соответственно и научная профессия, оставаясь по-прежнему престижной, всё более и более становилась просто одной из профессий, не более того.

Из анналов истории нашей семьи. Отец и дядя моего мужа на рубеже в начале 50-х годов поступили в институты: мой свёкор в Бауманский, а его брат – в МГИМО. Так вот тот, кто поступил в Бауманский, считался в своём окружении более удачливым и. так сказать, крутым, чем тот, кто поступил в МГИМО. Уже в моё время, в 70-х годах, шкала престижа изменилась на обратную.

Проявлением этого нового духа оказалась знаменитая Разрядка напряжённости, под знаком которой прошли 70-е годы. Всерьёз в военную угрозу никто не верил, не строил бункеры в огороде, не запасался противогазами. Тогда восторженные певцы Разрядки говорили, что это – истинное окончание Второй мировой войны, истинный переход к миру. Вполне возможно, в духовном, психологическом смысле именно так и было.

Соответственно и мода на науку, на естественно-техническое знание, на научный образ мышления – постепенно сходила на нет. Наука ведь не способна развиваться на собственной основе, из себя. Задачи ей всегда ставятся извне. В подавляющем большинстве случаев это задачи совершенствования военной техники. Из себя научное сообщество способно породить только то, что называется «удовлетворением собственного любопытства за казённый счёт».

В 60-70-е годы научный способ мышления (т.е. вера в познаваемость мира, в эксперимент и логическую его интерпретацию) всё больше уступала месту разного рода эзотерическим знаниям, мистике, восточным учениям. Рационализм и свойственный науке позитивизм стал активно расшатываться. В Советском Союзе это официально не дозволялось, что только подогревало интерес. Великий бытописатель советского общества Юрий Трифонов запечатлел этот переход в своих «городских» повестях. Инженеры, научные работники – герои его повестей - вдруг дружно впадают в мистику, эзотерику, организуют спиритические сеансы. На Западе в это же время распространилась мода на буддизм, йогу и т.п. учения, далёкие от рационализма и научного подхода к действительности.

Это было одной и предпосылок того, что произошло дальше. Были и другие мощные предпосылки.

«ЖИТЬ СТАЛО ЛУЧШЕ, ЖИТЬ СТАЛО ВЕСЕЛЕЙ»

Примерно в 60-е годы прогрессивное человечество настигла своеобразная напасть.

Примерно в 60-70-е годы в ведущих капиталистических странах случилось то, чего не оно, человечество, не знало с момента изгнания из рая. То, что об этом никто не трубил и не трубит, лишний раз подтверждает неоспоримое: и в своей маленькой жизни, и в общей жизни человечества люди отцеживают пустяки, а большое и главное – даже не замечают.[b][/b] Так что же такое случилось?

Случилось страшное.

Базовые бытовые потребности подавляющего большинства обывателей оказались удовлетворенными.


Что значит: базовые? Это значит: естественные и разумные. Потребности в достаточной и здоровой пище, в нормальной и даже не лишённой определённой красоты одежде по сезону, в достаточно просторном и гигиеничном жилье. У семьи завелись автомобили, бытовая техника.

Ещё в 50-е и в 60-е годы это было американской мечтой – мечтой в смысле доступным далеко не всем. В Англии 50-х годов даже родилось такое слово subtopia – склеенное из двух слов «suburb» (пригород) и «utopia»: мечта о собственном домике в пригороде, оснащённым всеми современными удобствами.

Пару лет назад назад блогер Divov разместил в своём журнале интересный материал на эту тему. Это перевод фрагмента воспоминаний о жизни в Англии, в провинциальном шахтёрском городке рубежа 50-х и 60-х годов. Так вот там на весь городок была одна (!!!) ванная, «удобства» у всех жителей были на дворе, содержимое ночных горшков к утру покрывалось льдом, мама стирала в корыте, фрукты покупались только когда кто-то заболевал, а цветы – когда умирал.

Так вот достаточный житейский комфорт и обеспеченность стали доступны примерно двум третям населения в конце 60-х – начале 70-х годов. С напряжением, с изворотами, но – доступны. Речь, разумеется, идёт о «золотом миллиарде».

Прежде этого не было никогда в истории и нигде в мире! До этого нормой жизни простолюдинов была бедность. И повседневная напряжённая борьба за кусок хлеба. Так было во всех – подчёркиваю: всех! – странах мира
. Перечитайте под этим углом зрения реалистическую литературу от Гюго и Диккенса до Ремарка и Драйзера, почитайте «Римские рассказы» 50-х годов итальянского писателя Альберто Моравиа – и вам всё станет ясно.

И вот всё дивно изменилось. Нормальный, средний работающий обыватель получил сносное жильё, оснащённое современными удобствами и бытовой техникой, он стал прилично питаться, стал покупать новую одежду.

Мне доводилось беседовать с пожилыми европейцами, которые помнят этот тектонический сдвиг, этот эпохальный переход, этот … даже и не знаю, как его назвать, до того он эпохальный. Помню, один итальянец рассказывал, как после войны у него была мечта: съесть большую тарелку щедро сдобренных сливочным маслом макарон. А в на излёте 60-х годов он вдруг обнаружил, что «non mi manca niente» - дословно «у меня ничего не отсутствует». А это ужасно! Что же получается? Человек отодвигает тарелку и говорит: «Спасибо, я сыт»? Что же дальше?

Иными словами, модель развития, основанная на удовлетворении нормальных потребностей на заработанные людьми деньги, исчерпала себя. У людей не было и не предвиделось ни роста наличных денег, ни роста потребностей. Бизнес мог расти только с ростом населения, которое тоже как назло прекратило рост в развитых странах.

Достоевский в «Подростке» пророчил. Наестся человек и спросит: а что же дальше? Смысл ему жизни подавай. Или иные какие цели.

Но в реальности спросил не человек. Его опередили. Опередил глобальный бизнес. Он первый спросил «Что дальше?» и первый нашёл ответ.

Капитализм не может существовать без экспансии. Глобальному бизнесу нужны новые и новые рынки сбыта. И эти рынки были найдены. Они были найдены не за морями (там уже было к тому времени нечего ловить), а В ДУШАХ ЛЮДЕЙ



Капитализм начал уже не удовлетворять, а создавать всё новые, и новые потребности. И триумфально их удовлетворять.


Так, операторами сотовой связи создана потребность непрерывно болтать по телефону, фармацевтическими корпорациями – потребность постоянно глотать таблетки, фабрикантами одежды – менять её чуть не каждый день и уж во всяком случае – каждый сезон.

Можно также создавать новые опасности – и защищать от них с помощью соответствующих товаров. Защищают от всего: от перхоти, от микробов в унитазе, от излучения сотового телефона. Как маркетолог могу сказать, что на российском рынке лучше всего идёт модель «бегство от опасности».

На первый план вышел маркетинг. Что такое маркетинг? В сущности, это учение о том, как впендюрить ненужное. То есть как сделать так, чтобы ненужное показалось нужным и его купили. Почему маркетинга не было раньше, в ХIХ, положим, веке? Да потому, что нужды в нём не было. Тогда производились нужные товары и удовлетворялись реальные потребности. А когда нужно стало выдумывать потребности ложные – вот тогда и понадобился маркетинг. Такова же роль тотальной рекламы.

Маркетологи испытывают профессиональную гордость: мы не удовлетворяем потребности – мы их создаём. Это в самом деле так.

Для того чтобы люди покупали что попало, разумные доводы отменили. Поскольку речь идёт о навязанных и ложных потребностях – рационально обсуждать их опасно. Очень легко может оказаться, что они – ложные, а то, о чём, говорят, не существует в природе и вообще не может существовать в силу законов природы. Навязывание потребностей происходит строго на эмоциональном уровне. Реклама апеллирует к эмоциям – это более низкий пласт психики, чем разум. Ниже эмоций – только инстинкты. Сегодня реклама всё больше апеллирует прямо к ним.

Для того, чтобы процесс шёл бодрее, необходимо устранить препятствие в виде рационального сознания, привычек критического мышления и научных знаний, распространённых в массах.

Очень хорошо, что эти привычки и знания стали расшатываться ещё на предыдущем этапе. Всё это мешает глобальной экспансии капитализма! Это мешает продавать горы ненужных и пустых вещей.

Вообще, включать критическое и рациональное мышление сегодня – не требуется. Это не модно, не современно, не trendy. С.Г. Кара-Мурза постоянно говорит о манипуляции сознанием (собственно, одноимённая книжка и принесла ему известность). Это не совсем так. Глобальный капитализм замахивается на задачу более амбициозную, чем манипуляция сознанием. Манипуляция сознанием – это всё-таки точечное жульничество, разовая подтасовка. А сейчас речь идёт о глобальном формировании идеального потребителя, полностью лишённого рационального сознания и научных знаний о мире.

Известный философ Александр Зиновьев верно сказал, что идеальный потребитель – это что-то вроде трубы, в которую с одного конца закачиваются товары, а из другого они со свистом вылетают на свалку.


Кто такой идеальный потребитель? Это абсолютно невежественный, жизнерадостный придурок, живущий элементарными эмоциями и жаждой новизны. Можно сказать, не придурок, а деликатнее – шестилетний ребёнок. Но если в тридцать лет у тебя психика шестилетнего – ты всё рано придурок, как ни деликатничай. У него гладкая, не обезображенная лишними мыслями физиономия, обритая бритвой «жилет», белозубая улыбка, обработанная соответствующей зубной пастой.
Он бодр, позитивен, динамичен и всегда готов. Потреблять. Что именно? Что скажут – то и будет. На то он и идеальный потребитель. Он не будет ныть: «А не что мне новый айфон, когда я старый-то не освоил? И вообще мне это не надо». Ему должно быть надо – всё. Схватив новую игрушку, он должен немедленно бросать прежнюю.



Он должен постоянно перекусывать, испытывая «райское наслаждение» и при этом героически бороться с лишним весом. И при этом не замечать идиотизма своего поведения. Он должен постоянно болтать по телефону, и при этом исступлённо экономить на услугах сотовой связи. Он должен (это уже скорее – она) непрерывно защищать своих близких от микробов, что вообще-то совершенно не требуется и даже вредно. И главное, он должен верить – верить всему, что ему скажут, не требуя доказательств.

Вообще, самый феномен рационального доказательства, который когда-то был большим достижением античной цивилизации и с тех пор неразрывен с мыслящим человечеством, на глазах угасает и грозит исчезнуть. Люди уже не испытывают в нём потребности.

СМИ – ВИРТУАЛЬНЫЙ «ОСТРОВ ДУРАКОВ»
Для воспитания позитивного гедониста – идеального потребителя, который непрерывно радует себя покупками, обжирается и при этом активно худеет, не замечая нелепости своего поведения, необходима повседневная целенаправленная работа по оболваниванию масс.
Главнейшую роль в этом деле играет телевидение как наиболее потребляемое СМИ, но этим дело не ограничивается.
Потребление не сказать «духовного», но скажем: «виртуального» продукта должно тоже непрестанно радовать или, во всяком случае, не огорчать затруднительностью, непонятностью, сложностью. Всё должно быть радостно и позитивно. Любая информация о чём угодно должна низводить всё до уровня элементарной жвачки. Например, любые великие люди должны представать как объект кухонных пересудов, как такие же простые и глуповатые, как сами зрители, и даже не сами зрители, а как те идеальные потребители, которых из зрителей планируется вырастить.
Ни о чём потребитель не должен сказать: «Этого я не понимаю» или «В этом я не разбираюсь». Это было бы огорчительно и не позитивно.

Когда-то М.Горький писал, что есть два типа подхода к созданию литературы и прессы для народа. Буржуазный подход – это стараться опустить тексты до уровня читателя, а второй подход, советский, – поднять читателя до уровня литературы. Советские писатели и журналисты, - считал Горький, - должны поднимать читателя до уровня понимания настоящей литературы и вообще серьёзных текстов. Современные СМИ не опускаются до наличного уровня читателя – они активно тянут этого читателя вниз.

Всё шире распространяются книжки-картинки, но не для трёхлетних, как это было всегда, а для взрослых. Например, удачное издание этого типа – последний период новейшей истории СССР и России в картинках от телеведущего Парфенова.

Изображение

В сущности, современные СМИ – это виртуальный Остров Дураков, блистательно описанный Н.Носовым в «Незнайке на Луне». Мне кажется, что в этой сатире автор поднимается до свифтовской высоты. Речь в этом замечательном тексте идёт, кто забыл, вот о чём. На некий остров свозят бездомных бродяг. Там их непрерывно развлекают, показывают детективы и мультики, катают на каруселях и др. аттракционах. После некоторого времени пребывания там, надышавшись отравленным воздухом этого острова, нормальные коротышки превращаются в баранов, которых стригут, получая доход от продажи шерсти.

Наши СМИ исправно поставляют заказчикам баранов для стрижки.

Заказчики в узком смысле – это рекламодатели, а заказчики в широком смысле – это глобальный бизнес, для которого необходимы достаточные контингенты потребителей. Как советская пресса имела целью коммунистическое воспитание трудящихся, точно так сегодняшние СМИ имеют целью воспитание идеальных потребителей. Только совершенно оболваненные граждане способны считать целью жизни непрерывную смену телефонов или непрерывную трату денег на радующие глаз пустяки. А раз это так – граждан нужно привести в надлежащий вид, т.е. оболванивать.

Оболванивание начинается со школы, с детских журналов с комиксами, которые купить можно везде, в то время как более разумные журналы распространяются только по подписке и нигде не рекламируются. Я сама с удивлением узнала, что издаются газеты и журналы нашего детства «Пионерская правда», «Пионер». Но они нигде не проявляют себя, школьники о них не знают, это что-то вроде подпольной газеты «Искра». Этих изданий (качество которых тоже не идеально, но вполне сносно) нет ни в школьных библиотеках, ни в киосках, их вообще нет в обиходе. В результате большинство детей читают только фэнтези, что готовит их к восприятию гламурной прессы, дамских и детективных романов и т.п.

Результатом такой целенаправленной политики является невозможность и немыслимость никакой серьёзной дискуссии в СМИ, вообще никакого серьёзного обсуждения чего бы то ни было. Даже если бы кто-то такое обсуждение и затеял, оно бы просто не было никем понято и поддержано. Американские специалисты установили, что нормальный взрослый американец-телезритель не способен воспринимать и отслеживать последовательное развёртывание какой-либо темы долее трёх минут; дальше он теряет нить разговора и отвлекается. Относительно нашей аудитории данных нет. Сделаем лестное для нашего патриотического чувства предположение, что наши в два раза умней. Тогда они могут слушать не три минуты, а, например, шесть. Ну и что? О каком серьёзном обсуждении может вообще идти речь?

Характерно, что даже люди с формально высоким уровнем образования (т.е. имеющие дипломы) не ощущают необходимости в рациональных доказательствах какого бы то ни было утверждения. Им не требуются ни факты, ни логика, достаточно шаманских выкриков, вроде получившего в последнее время широкое хождение универсального способа аргументации: «Это так!»

На своих занятиях с продавцами прямых продаж (практически все с высшим образованием, полученным ещё в советское время – учителя, инженеры, экономисты, врачи) я многократно убеждалась: людям не нужна аргументация. Она только занимает время и попусту утяжеляет выступление. Аргументированное выступление воспринимается как нудное. «Вы скажите, как оно есть, и дело с концом». Гораздо лучше всяких аргументов воспринимается то, что Руссо называл «эмоциональными выкриками» и приписывал доисторическим дикарям.

Привычка созерцать любимых телеведущих формирует представление (возможно, неосознанное): главное не что говорится, а главное – кто говорит. Если говорит человек уважаемый, любимый, симпатичный – всё принимается за истину, «пипл схавает». Люди испытывают потребность видеть «говорящую голову» на телеэкране, восприятие даже простого текста в печатном виде очень трудно. Недаром многие мои слушатели охотно приобретают видеозаписи моих выступлений, хотя гораздо проще (с точки зрения традиционной) их прочитать.

ЧЕМУ УЧАТ В ШКОЛЕ?

В простоте своей министр Фурсенко проболтался: цель образование – воспитание культурного потребителя. И современная школа – средняя и высшая – постепенно подтягивается к данной задаче. Не сразу, но подтягивается.

Чему сейчас учат? Как себя вести в социуме, как вписаться в коллектив, как сделать видеопрезентацию или написать CV. А физика с химией – это нудьга, совок, прошлый век.
Не так давно на шоссе Энтузиастов висел билборд, изображающий симпатичную «молекулу серебра», содержащуюся уж не помню в чём – кажется, в –дезодоранте-антиперспиранте. Идиотизм этой рекламы среди трудящихся моей компании заметила только одна пожилая женщина – инженер-химик по дореволюционной профессии. Потом билборд сняли.

Знать, в смысле держать в голове, – учат нас – ничего не надо. Всё можно посмотреть в Яндексе. Это очень продуктивная точка зрения. Если человек ничего не знает, то ему можно впарить всё. А пустая голова очень хороша для закачивания в неё подробностей тарифных планов или свойств разных сортов туалетной бумаги.

В этом деле достигнуты огромные успехи. Мне иногда приходится беседовать с молодыми людьми, поступающими к нам на работу. Они прилично держатся, опрятно выглядят, имеют некоторые навыки селф-промоушена и при этом являются совершенными дикарями: не имеют представления ни об истории, ни о географии, ни о базовых законах природы. Так, у нас работала учительница истории по образованию, не знающая, кто такие большевики.

Чего голову-то забивать? Знать надо совершенно другое. Как-то раз я прошла в интернете тест на знание разных модных штучек, свойственных, по мнению устроителей, образу жизни среднего класса. Тест я позорно провалила, ответ пришёл такой: даже странно, что у вас есть компьютер и интернетом, чтобы пройти этот тест.

Вот именно на формирование такого рода знатоков и рассчитаны современные учебные заведения и современные образовательные технологии.

Мракобесие и невежество – это последнее прибежище современного капитализма. Это не просто некий дефект современного общества – это его важнейший компонент. Без этого современный рынок существовать не может.

Логичный вопрос: кто же в таком случае будет создавать новые товары для «впарки» идеальным потребителям? И кто будет вести человеческое стадо, кто будет пастухами? Очевидно – идеальные потребители для этой цели не годятся. В современных США сегодня эту роль играют выходцы из стран третьего мира, из бывшего СССР. Что будет дальше – трудно сказать. Современный капитализм, вообще современная западная цивилизация не смотрит вперёд, ей главное – сегодняшняя экспансия. И она достигается посредством тотальной дебилизации населения. Потому что это – сегодня главный ресурс..

http://domestic-lynx.livejournal.com/50493.html

не менее интересное пародолжение
http://domestic-lynx.livejournal.com/50877.html

о роли кредита в оболванивании населения. http://domestic-lynx.livejournal.com/51128.html

об образе мышления властей предержащих. Не о содержании, а именно о типе мышления.
http://domestic-lynx.livejournal.com/51302.html

об образе мысли «глобальной песочницы» http://domestic-lynx.livejournal.com/51694.html

картинка


Изображение
из коментариев:
Боже, как Вы пишете! Такой ясности мысли давно не встречал! Огромное спасибо!
Подскажите, есть ли у Вас книги и где их можно почитать?

Спасибо огромное - прочитал всё даже с некоторым радостным удивлением, что есть люди такой глубины понимания

По-моему, вы - единственная, кто пишет такое про подобные вещи, к тому же четко и доходчиво. Я, конечно, понимаю, что интернеты большие, но честное слово, не припомню больше никого.

хочу отметить блестящую интуицию автора. Она интуитивно видит то, что без владения цивилизационным анализом увидеть почти невозможно.


Модераторы, обратите на нее http://domestic-lynx.livejournal.com внимание, не много людей таких начитанных, с такими мозгами и таким хорошим русским языком в сети, ее даже стоит порекомендовать в разделе "кого читать", наряду с http://bulochnikov.livejournal.com/ и Огурцовой.

Начало поста.

НЕВЕЖЕСТВО И МРАКОБЕСИЕ ... - окончание

«МЫ НЕ ФИЛОСОФЫ, У НАС ЗАРПЛАТА НЕ ТА», -

говорил колхозник Глеб Капустин из рассказа Шукшина «Срезал». Наши начальника тоже не философы.

По-настоящему государственной мысли никто ни на каких уровнях не придаёт никакого серьёзного значения. Государственным людям это кажется фитюлькой, пустой игрой ума. Началось такое отношение не вчера: последним руководителем, который придавал значение, притом важнейшее, государственной мысли, был тов. Сталин. Он, как передают, говорил: «Нам без теории смерть!». Как в воду глядел Генералиссимус. После него государственная мысль существовала в чисто ритуальной форме: ну, полагается при благоучреждённом правлении иметь всяких там философов-политолого – ну их и держат. Вроде как вазочка на буфете или картинка на стенке – положено так, а вообще-то можно и обойтись. Серьёзного значения плодам их умствований начальники не придают, а уж самим этим делом заниматься – упаси, Боже: есть дела и поважней. При советской власти это были пятилетки, посевы, обмолоты, выплавки и запуски, сегодня – разруливание финансовых потоков. И всё в режиме «здесь и сейчас». Это всякие там Кадафи сочиняли свои «зелёные книги» (на что обратил моё внимание один из читателей), а нашим - некогда.

Общее обезмысливание государственной жизни гармонирует с постмодернистской «глобальной песочницей». Свою роль тут играет и наша российская историческая традиция – нелюбовь к мысли и даже боязнь её. Недаром все наши социологические и политические учения – импортные, заёмные. Об этом век назад много писал Николай Бердяев.

Русские, в том числе и интеллигенты, любят и ценят только простые мысли, одноходовки. (Социализм хорош – капитализм плох. Капитализм – хорош, социализм плох. Всё зло в КПСС, долой шестую статью Конституции! Частная собственность – всегда прекрасна! Частная собственность оказалась ужасна!). То есть общая атмосфера государственного безмыслия, царящая в мире, усиливается нашей домашней традицией умственной лености. Я всегда говорила, что мы – страна мирового гротеска.

Малое значение, которое придаётся государственной мысли, проявляется ещё вот в чём. Спичрайтерши первых лиц – тётеньки. Мы, русские, ещё не так сильно заморочены политкорректностью, как западные люди: на ключевых (взаправду, ключевых) постах у нас всё-таки мужики. А тут всё дамочки. Значит, дело это – для блондинок. Так оно –возможно, неосознанно – ощущается. Всякие там сказительницы, пленённые Гари Потером, поэтессы – шут их разберёт.

Кстати, та разлитая в воздухе атмосфера всеобщего бабства нашей государственной жизни, вероятно, отсюда. Впрочем, это тоже гармонирует со стилем постмодерна.

ДРЕБЕЗГИ МИРА

Главнейшее отличие сознания бытового, не затронутого образованием (я говорю о фактическом образовании, а не о дипломах вузов любой степени престижности) от сознания этим самым образованием затронутого, состоит вот в чём.

Сознание простого человека – НЕСИСТЕМНО. Это значит, что простой человек может включать в число своих идей, мнений, убеждений (которым он чаще всего горячо привержен; сомнение – не его конёк) одновременно некое утверждение и отрицание этого утверждения. И такое положение его совершенно не беспокоит, не тревожит и не создаёт ни малейшего умственного дискомфорта. Он просто этого разнотыка не замечает. Вроде как на рекламе сигарет: на одной картинке «Райское наслаждение» и «Куренье – смерть!».

Вообще, сознание простого человека не стремится к картине мира, в которой все её элементы связаны между собой и взаимно обусловлены, т.е. образуют систему. Такое сознание – это сознание научное и свойственно оно людям, затронутым образованием. Это некое искусственное создание: первородный дикарь, «естественный человек» (тот самый, которому Руссо приписывал все добродетели), так вот естественный человек таким сознанием не обладает. Это создание хрупкое: если его не поддерживать, не обучать новые поколения такому мышлению, немедленно начнёт торжествовать мышление простое, естественное. Вот его повседневный образчик: «Уберите мусор, но не сжигайте его: я не желаю дышать диоксином. Я вообще-то курю, но это к делу не относится, это моё неотъемлемое право человека».

Системное мышление – это большое культурное достижение человечества. Оно помогло человечеству совершить его впечатляющее восхождение. Да не просто помогло, а, возможно, оказало на это восхождение определяющее воздействие. Но как всякая культура – оно хрупко и легко забивается торжествующей «натурой». Что-то вроде породистых растений или животных. Которые требуют ухода, прополки, кормёжки, иначе они гибнут. Или превращаются в непородистых. Так и с культурными навыками.

Мир образованного человека – это система, где все элементы связаны и взаимообусловлены.
Мир «естественного человека» - это россыпь цветных стёклышек, столь высоко когда-то ценимых дикарями. Поднял одно, повертел другое…

Современное образование сегодня дрейфует в сторону дикарской модели мышления. Называют эту модель по-разному: клиповое сознание, мозаичное мышление, а суть одна – цветные стёклышки. Её не надо насаждать, как не требуется насаждать лопух под забором: сам вырастет. Так и дикарское фрагментарное сознание. Если не насаждать иное – вырастет само. А в наши дни ему ещё и помогают: вместо нудной физики-химии всякие занятности, которые в прежнее время печатались в календарях под рубрикой «Знаете ли вы, что…» Физика без формул, английский – без грамматики – вот идеал, к которому следует стремиться. И он уже во многом достигнут. Из Германии пишут: в некоторых школах в виде опыта детей не учат… писать. Сразу сажают за клавиатуру.

С.Г. Кара-Мурза считает, что мозаичное образование на Западе характерно для школ для народа, а школы для элиты воспитывают системное сознание. Не знаю. О западной школе знаю лишь из бесед с западными родителями.

Но что наша государственная мысль основана на навыках дикарского – клипового – сознания – это факт. Откуда я знаю? А всё оттуда же – из открытых источников. Из фактов повседневной жизни. По делам их легко узнаются люди мозаичного мышления.

Вся наша государственная мысль – сплошные цветные стёклышки: поднял, повертел, бросил, поднял следующее…

При [b]клиповом мышлении нет единой картины мира. Только осколки. Дребезги. Хватаемся за то, за это; что главное, что второстепенное – непонятно. И то сказать, как осколок может быть главным?[/b]

Когда-то Ленин учил: надо определить главное звено в цепи. Схватившись за него, можно вытянуть всю цепь. Эту мысль в старые времена так часто повторяли, что она стала казаться скучным трюизмом. А что, не так что ли?

Большевики с малыми, почти что отсутствующими ресурсами достигали выдающихся результатов. Сегодняшние правители, купаясь в ресурсах, - не могут достичь ни-че-го. Потому что деятельностью всегда руководит мысль. Какая мысль – такие и результаты.
Вот Ленин готовит вооружённое восстание. Где главное звено? Вокзалы, телефон, телеграф, мосты. Это главное звено цепи. Так победили.
После победы революции что надо, чтоб закрепить победу? Где главные звенья? За что хвататься? И Ленин чётко их обозначил: государственная монополия внешней торговли и банковской деятельности. Это было важнее и неотложнее всего остального. Это несущая конструкция социалистической экономики. Мысль оказалась верная: отменив это во времена Горбачёва – социалистическую экономику немедленно развалили.

Системное мышление даёт возможность отличать важное от неважного, главное от второстепенного.

Клиповое мышление - как детская или средневековая картинка, где отсутствует перспектива. Субординация ценностей отсутствует: каждый осколок равен любому другому. Все предметы одного роста. При таком подходе нельзя даже сказать, что мы-де жертвует второстепенным в пользу главного и важного. Нет больше главного. Главное – всё. А значит – ничего.

Военные равны байкерам, спортивные игрища для инвалидов равны развитию тяжёлой промышленности – это осколки ничем не отличаются друг от друга.

Утверждение и отрицание мирно уживаются в голове простого человека.

И государственного тоже.

Не хватает денег на народное образование. Настолько не хватает, что всё время норовят выкрутить руки родителям и заставить платить. При этом ввели 11-й класс! Это сколько ж человеко-часов? А если к прямым затратам присовокупить упущенную выгоду от неработы всех этих одиннадцатиклассников в течение года – жуткое дело получится! Так у нас не хватает денег или их избыток, девать некуда? Или это просто разные стекляшки? Разные дребезги мира…

У нас есть безработица, с которой надлежит бороться. Оно и понятно: раз есть безработица – значит должна быть и борьба с безработицей. Так полагается в благоустроенном государстве. Пособия платятся, центры занятости содержатся, то, сё. Но при этом надлежит считать непреложным фактом: мы не можем жить без гастарбайтеров. Не проще было бы привлечь к труду собственных бездельников и тунеядцев? Не-е-т, это никак не возможно: нельзя насильно привлекать к труду, это противоречит международной конвенции и демократическим принципам. Догматическая привязанность к каким-то слоганам – это тоже детское мышление, о чём чуть ниже.

Так у нас избыток или недостаток рабочей силы? Человек цивилизованной мысли непременно задал бы этот вопрос. И не просто б задал, а доискался бы до ответа. Дикарь не испытывает интеллектуального дискомфорта от такой умственной раскоряки: это просто разные стёклышки – безработица и гастарбайтеры, Бог с ними.

Или ещё вот. Объявлено: Великая Победа – наше всё. Главное событие в нашей истории, да здравствуют ветераны, позор фальсификаторам, спасибо деду за Победу. При этом тов. Сталин, который был Верховным Главнокомандующим в этой войне – плохой, бяка. Настолько бяка, что даже поместить его портрет на бок троллейбуса на день Победы – очень спорная и подозрительная инициатива, непозволительное вольномыслие, граничащее с нелояльностью. Человек, обременённый логикой, рассудит так. Это простейший силлогизм, в учебниках логики обычно приводится такой: «Все люди смертны. Сократ – человек, значит, Сократ смертен». Так и тут: та война – наше всё. Сталин командовал той войной. Значит, и Сталин – наше всё. Но дикарскому сознанию – всё нипочём. Война войной, а Сталин – Сталиным. Это разные дребезги.

Примеры каждый может привести свои. Например, такой. Все согласны: у нас была замечательная советская наука и советская школа, которой мы по праву гордились. Это один осколок. А вот другой: её надо немедленно реформировать. Ну что тут скажешь?

СКОРО СКАЗКА СКАЗЫВАЕТСЯ…

Пели когда-то «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью…» Вдоволь настебались над этими словами в Перестройку. И то сказать, с большевиками нам не по дороге: сегодня у нас наблюдается обратное движение - от были к сказке. Мы все во главе с мужьями разума и совета движемся к сказке, а иные уже там и живут. Приехали, в общем.

Даже больше, чем в сказке, живём мы, дорогие товарищи! В сказке надо поцеловать чудовище – и получится прекрасный принц. А в нашей сказке и этого труда не требуется – целовать там, наклоняться, радикулит ещё прострелит… У нас достаточно – переменить название. Назвать чудовище прекрасным принцем – и поверить, что оно от этого станет прекрасным принцем. Была ужасная милиция – стала прекрасная полиция. И целовать никого не надо, потому что, знаете, целоваться с ментами… м-да, охотников много не сыщешь. Главное – крепко верить и непременно «жить в отрезке сегодняшнего дня». Потому что в отрезке дня вчерашнего уже была такая конфузная оказия – переименование ГАИ и ГБДД. И прекрасного принца не получилось. Но об этом тс-с-с… - нам тут негатива не надо, мыслите позитивно.

Это ж настоящая сказка! Вернее – колдовство. «Пикапу-трикапу-скорики-морики – явитесь передо мной летучие обезьяны!» Бабушка пошептала – и всё прошло. Вот на какой версте исторической дороги находится наше – государственное! – мышление.

«ЗА ДЕТСТВО СЧАСТЛИВОЕ НАШЕ СПАСИБО, РОДНАЯ СТРАНА!»

Сказка идёт рука об руку с детством. С детством человечества или просто с детством. Глобальная песочница, в которой мы живём, - это детство. В которое мы впали вместе в нашими вождями. Господствующий образ мышления очень напоминает сознание шестилетнего ребёнка. Безусловно, дошкольника. Потому что школа с её нудными обязанностями и непреодолимыми ограничениями – разрушает эту светлую сказку. Недаром знакомые говорят родителям, которые рано отправляют ребёнка в школу: «Дай ты ему ещё годок пожить в детстве!» Сейчас о детстве можно не беспокоиться. Мы все в нём живём.

Шестилетка – он как? Схватил одну игрушку, потом другую, дольше десяти минут ни на чём не сосредотачивается. Чуть увидал что новенькое – подхватился и побежал. И неважно – лягушка это или электронная стрелялка, или книжка какая-нибудь. Вопрос «зачем?» - не его вопрос. Нету у него никаких зачемов – просто весело, прикольно, ноги сами несут от одного приключения к другому.

И в нашей песочнице такая же история.

Вдруг трах-бах! – расширение Москвы. Тут и колдовством попахивает: если назвать поля и перелески Москвой – они волшебным образом переменятся и СТАНУТ Москвой. Как это будет практически выглядеть? Да какая разница! Вы ещё по-старпёрски спросите, как будет решаться такая правовая коллизия: в Москве нет частной собственности на землю, а в Замкадье – есть. Так что же – у разных земель в Москве будет разный правовой режим? Или отменят частную собственность на присоединённых территориях? Но такие нудные вопросы – не для сказки; как-нибудь обойдётся. Ну, постановленьице какое-нибудь примем, переименуем что-нибудь во что-нибудь, и дело в шляпе.

А может, вообще как-нибудь вся эта кутерьма рассосётся, как рассосалось уже множество разных суетливых начинаний. Вот с год назад балабонили, что-де из неперспективных городов будут свозить народишко в какие-то там «кластеры» по два, не то три миллиона душ. Что-то такое обосновывали, народу объясняли, что это-де мировой тренд – и что же? Отменили? Да нет, как-то позабыли в суете. Новая игрушка завелась, новое стёклышко мелькнуло. Краси-и-ивенькое…

Я уже писала, что в мышлении современного человека нет никаких ограничений: ни физических, ни химических, даже и арифметических-то уже почти нет. Чудо чудное, когда десятью хлебами сто тыщ человек – это нам раз плюнуть. Тут образ мышления народа и начальства трогательно едины: «Вышли мы все из народа, дети семьи трудовой».

Всем дадут денег: и военным, и штатским, и пенсионерам, и матерям, и чиновников не забудут, и учителям подкинут, и ведущим разных там драмкружков – вот как далеко зашла государственная забота. И всё это ни в коем случае не приведёт к инфляции. Ну ни за что! А почему? Потому что мы живём – в сказке! Это глупые коммуняки в прежнее время запрещали повышать зарплату больше, чем рост производительности труда – представляете, до какой нудьги люди способны докатиться в тоталитарном обществе? Нет, не зря их сковырнули, поделом. А сейчас – всё позитивно и беспрепятственно. Ну, разве что одного Кудрина убрали, который небось разводил своё бухгалтерское занудство про «нет денег». Вот теперь его самого нет. Впрочем, насчёт Кудрина – моё предположение, не более того.

Так и хочется сказать старым добрым лозунгом: «Народ и партия – едины!» Понятно, надеюсь, какая партия. Народ и партия едины в своём детсадовском мышлении. А мышление определяет действие. Или бездействие. Словом, то, что в уголовном праве объединено термином «деяние».

«НЕЛЬЗЯ ЗА ФЛАЖКИ!»

Беспрепятственность мысли распространяется на объективные законы мира. Они нам, действительно, не помеха. «Если только захочу – гору с места сворочу!»

Но у каждого ребёнка есть что-то такое, чего он боится – БУКА какая-нибудь, зяка-закоряка. Почему ЭТОГО надо бояться – неизвестно, но так положено. БУКА вовсе не коренится в объективном мире – она чистая придумка. У наших начальников это разного рода европейские каноны «вольности и прав», которые никак нельзя нарушить. Ну нельзя – и всё тут. Почему? Потому что бука. Нельзя насильно заставить трудиться тунеядцев, нельзя нарушить права наркоманов законно разрушать своё здоровье, даже сопливую школоту нельзя принудительно проверить на наркотики – это опять-таки нарушит какие-то там права.

Эти права человека – типичная бука детского сознания. Хитрые западные манипуляторы десятилетиями овиновачивали нас этими правами, пока наконец не достигли своего: мы овиноватились. Этот процесс шёл рука об руку с общим упадком духа и сознания. И теперь мы готовы соблюдать какие-то там права уродов хотя бы и ценой собственной гибели. Как же – вдруг нас куда-то не примут или откуда-то выгонят? Откуда выгонят? Наверное, из того «европейского дома», о котором грезил Горбачёв. Что мы там и не были сроду – ну, это пустяки. Всё равно Европа останется для России всеобщей «княгиней Марьей Алексеевной», как заметил больше ста лет назад Данилевский в широко популярной когда-то книге «Россия и Запад».

Долго ли может просуществовать наша песочница? Думаю, не слишком. И чем веселее праздник жизни, чем позитивнее мышление, чем ярче цветные стеклышки – тем дальше полетят дребезги. Не те, весёлые, о которых я писала. Другие – гораздо хуже.

И тогда нам поневоле придётся обрести прямой и суровый взгляд на вещи. Это очень трудно – прямой взгляд. Современный человек привык иметь взгляд кривой, уклончивый, вихляющийся. Ему хочется дёшево вывернуться. Но вряд ли это удастся. Всем, по крайней мере, точно не удастся.

Из комментариев:

Re: О главном и второстепенном...

[info]meleuz_812

2011-12-02 02:00 pm (UTC)
Тенденции, которые мы наблюдаем, на мой взгляд напрямую связаны с так называемыми технологическими укладами (ТУ). То что Вы называете рационализмом относится к 5-му ТУ. Этот уклад - революция механики! Машиностроение, металлургия, органическая химия, атомная энергетика и т.п. Все эти вещи без системных подходов и системного мышления просто не возможны. Энергоемкие, многокомпонентные производства подразумевают системную взаимосвязанность блоков (модулей), где для того что бы это работало нужно понимать, что произойдет если ….
5-й ТУ требовал для себя системно мыслящих людей, способных управлять такой "механикой".
Сейчас переходный период, от 5-го ТУ в 6-й. От большой механики осуществляется переход к генетике, нанотехнологиям, биотехнологиям, глобальным информационным сетям ...
Большие механические системы либо стали не нужными, либо управляются программными средствами. Теперь нужны узкие специалисты, которые возможно и не знают, что Земля круглая. Зачем нужна огромная система разработки, производства и выпуска лекарственных препаратов, если воздействие на генетический материал исключает саму возможность заболевания? Зачем нужна добыча, переработка миллионов тонн руды для выпуска брони, если ее заменяет тонкая углеродная пленка? Зачем атомная энергетика, если ветер и солнце дают энергию в достаточном количестве?
Я безусловно утрирую, но лишь для того, что бы донести свою мысль: - Время больших локальных, механических систем заканчивается, а значит заканчивается время их продюсеров.
Оговорюсь, что оно заканчивается в локальном аспекте, на уровнях отдельно взятых стран. Потому что глобально, сегодня вырисовывается картина системного управления миром, его ресурсами, материальными и человеческими. Тому, кто сегодня пытается выстроить и управлять глобальной, мировой системой распределения ресурсов, не нужны системно мыслящие люди в России.


Свертка...
az_from_belarus

2011-12-01 09:19 pm (UTC)
Я бы дополнил и этим частично заменил сказанное более кратким сообщением из которого все остальное попросту разворачивается.
Человеческое сознание активно использует разнообразные стереотипы. Стереотипы - это не зло, а средство ускорения тех или иных форм мозговой деятельности. Даже восприятие (зрительное, слуховое и т.п.) - тоже большей частью стереотипно. Какая от этого польза? Когда Вам нужно увидеть на дороге женщину с ребенком и вежливо ее обойти/объехать, вам достаточно отолкнувшись от несколько элементов в силуэте (фигура, коляска) опознать находящийся перед вами объект и сделать то, ради чего это опознание совершалось - объехать, обойти, помочь поднять по ступенькам коляску и т.п. Для принятия решения о необходимых действиях вы не ощупываете женщину чтобы удостовериться, что у нее на месте все необходимые половые признаки, не шарите у нее в коляске, чтобы убедиться, что это именно коляска и в ней именно ребенок, причем человеческий. Когда вы включаете свет в комнате, вы не пытаетесь вспомнить закон Ома, а также характеристики напряжения в сети и осветительных приборов - в совершаете действие с выключателем и получаете в результате освещенние в комнате. Вы не разбиваете телевизор для того, чтобы убедиться, что там нет хитро спрятанных тел и ног увиденной говорящей головы телеведущего.
Это нормально. Более того - это жизненно необходимо.
Эта стереотипность жизненно необходима. И ее основным проявлением является наличие принятых как данность фактов и эмоциональных оценок. Педерасты - это плохо. Коррупционеры - плохо. Робин Гуд - это гуд для простых крестьян. Работающая в темном подъезде лампочка - это хорошо. А перебегание дороги на красный свет - плохо. И так далее.
Но в чем отличие человека разумного от стадного жвачного. Человек разумный когда-то знал и при необходимости в состоянии вспомнить обоснования всех этих фактиков и оценок. Человек разумный в состоянии толково объяснить своему ребенку ПОЧЕМУ это хорошо, а вот это плохо. Он даже в состоянии объяснить, при каких условий нечто хорошее может оказаться плохим и как возникают эти самые условия. Но что еще важнее, человек разумный в состоянии определить момент, когда полезно вспомнить об обосновании стереотипных оценок и разобраться - не нарушились ли их граничные условия.
Жвачное животное вспомнить обоснования для различных хорошо и плохо не может. Не может - потому что никогда их не знало, а если и слышало, то не понимало. Жвачное животное может лишь отслеживать сигналы подаваемые пастухом и признавать ту точку зрения которую просигнализировал пастух - идти вон на то пастбище - хорошо, а теперь оставаться на пастбище уже плохо, а хорошо идти в стойло, а теперь неплохо бы подоиться, ну а потом просто замечательно будет, если пойти на бойню.
Когда люди осознанно или неосознанно опускаются от уровня человека разумного до уровня жвачного животного... Вот тогда начинают проявляться всяческие диковинки, приводящие тех, кто сохранил в себе разум в ужас. Диковинок много, очень много. Некоторые из них Вы перечислили.



v_mackintosh

2011-12-02 10:50 pm (UTC)
Здравствуйте!
Важная и нужная статья. Спасибо!

Позволю себе маленькое замечание:
Для обозначения "клипового" мышления Вы, кроме прочих, используете термин "мозаичное". Кажется, это неточно.
Так, Википедия, например, сообщает, что мозаика -- предполагает формирование изображения посредством компоновки, набора и закрепления на поверхности разноцветных камней и др. То есть, мозаика, как явление, предполагает как раз целостность, системность, где каждый элемент имеет своё определённое место, и все они, при этом, взаимосвязаны и дополняют друг друга; множество отдельных элементов, будучи в строго определённой взаимосвязи, образуют единую, цельную и чётко определённую картину.
Таким образом, термин "мозаичный" соответствует характеристике как раз системного (как Вы его называете) мировоззрения и мышления.

Что касается мышления НЕсистемного, то есть предложение (не моё) называть его -- калейдоскопическое. Вы, ведь, знаете такую детскую игрушку, калейдоскоп. Вот, как раз эта игрушка и содержит в себе множество НЕ связанных между собой разноцветных стекляшек, которые при малейшем сотрясении образуют совершенно новую "картину мира", с новыми узорами и приоритетами.

Всего Вам доброго!

С уважением
Владимир


http://domestic-lynx.livejournal.com/51 ... l#comments
В ваших постах, на которые я наткнулся совершенно случайно, по ссылочке, компактно и доходчиво собрано то, на доказательство чего я трачу кучу постов и умственных усилий. Спасибо.

Очень толково.
Самое интересное - это когда видишь свои мысли (разрозненные и хаотичные, оформлены надлежащим образом и выложены в печатном виде незнакомым тебе человеком. Т.е. понимание всего этого как-бы витает в воздухе, все это осознают, но талантливо собрать и упорядочить это - не всем по плечу.
Это касается и предыдущих ваших постов. Спасибо.


НЕВЕЖЕСТВО И МРАКОБЕСИЕ ... - продолжение

рысь
[info]domestic_lynx
November 22nd, 17:46

ПРОДОЛЖЕНИЕ

ОТ ИДЕАЛЬНОГО ЗАКЛЮЧЁННОГО К ИДЕАЛЬНОМУ ПОТРЕБИТЕЛЮ

Когда-то немецкий психолог Франк, отсидев в нацистском концлагере, выжив и освободившись, написал книжку о психологии заключённых. Цель концлагерной обработки, считал учёный, - формирование типа «идеального заключённого» - человека, у которого любая команда без всякого осмысления проваливается в ноги-руки. У обычного человека между получением команды и выполнением есть хотя бы маленький зазор – на осмысление. Вот его-то быть и не должно.

Ровно такая же история – с идеальным потребителем. Команда «Покупай!» должна проваливаться в ноги и руки не-мед-лен-но. Услышал – подхватился – побежал - схватил. Любой новый товар, сколько бы мало он ни отличался от старого, должен вызывать у идеального потребителя острейшее желание его приобрести любой ценой.

Кто-то из читателей заметил мне: идеального потребителя не существует в природе как эмпирической реальности, это-де моя фантазия. Верно, не существует, но при этом он – не фантазия. Идеального газа тоже не существует, но эта абстракция воплощает в себе свойства всех газов и помогает познать их, газов, поведение. Точно так и идеальный потребитель. Но это так, мимоходом.

Так вот вся символико-семантическая среда современного общества, весь этот любовно и старательно выстраиваемый виртуальный «Остров Дураков», состоящий из СМИ, масскульта и наробраза, на котором живёт современный человек – всё это направлено на производство идеального потребителя.

Интересный вопрос: сознательно это делает глобальный капитализм или неосознанно? Действительно ведь интересно: руководит этим процессом кто-то или так само получается – наподобие «спонтанных порядков» Хайка или «структур повседневности» Броделя.

Люди активные, склонные руководить жизненными процессами и держать всё под контролем, видят тут некий дьявольский план, разработанный в тайных канцеляриях и подземных лабораториях.

Я же, человек более созерцательного склада, склоняюсь вот к какой версии. Это приспособительная реакция. Болезненная, безусловно, но направленная на сохранение существующего миропорядка. Так, тело больного радикулитом инстинктивно ищет позу, при которой не так больно. Поза эта некрасива и с точки зрения здорового организма – нерациональна, но она есть приспособительная реакция к болезни. Оболванивание – это тоже приспособительная реакция капитализма к отсутствию нового пространства для экспансии.

Как работает «Остров Дураков»?
В этой огромной и многогранной деятельности главнейшую роль играют такие стратегически важные орудия как БРЕНДЫ И ЗВЁЗДЫ. Поговорим о них.

БРЕНД – СОВРЕМЕННОЕ СЧАСТЬЕ

Бренд – это относительно долго живущая и хорошо узнаваемая марка товара. Но не только. Бренд – это ключевое слово эпохи. Сейчас говорят о создании личного бренда, т.е. бренда из себя самого. Проводятся семинары «Формирование личного бренда» (я, правда, никогда не участвовала в таком семинаре). Логично: человек давно уже стал товаром, так почему ж ему не стать брендовым товаром? Ведь современный потребитель стремится покупать только брендовые товары.

Брендовый товар стоит в разЫ больше товара no name при ровно тех же потребительских (и всех прочих) свойствах. В большинстве случаев их и изготовляют-то на одной и той же китайской фабрике. А уж компоненты для всех них – вне сомнения, «из одной бочки наливают». Но тем не менее – брендовое стоит в разы дороже. Это уж поверьте работнику торговли со стажем.

Разумеется, сами торговцы оспаривают идентичность брендовых и небрендовых товаров, но делают это всё менее настойчиво, скорее ритуально, по привычке. Сейчас вообще всё меньше разговоров о реальных физических свойствах товаров. Какая, в самом деле, разница тепла ли куртка, если такую носит сам Дима Билан? О физических свойствах товаров пекутся только в самой низкой нише: об этом говорят разве что с бабульками на рынках да в подземных переходах. А пригламуренной публике подавай марку и престиж.

Сегодня всё меньше рекламы, упирающей на реальные свойства рекламируемых предметов (сладкий, вкусный, тёплый, быстрый) – это прошлый век. Сегодня говорят о «правильном пиве», о будущем, которое «зависит от тебя» - т.е. о предметах виртуально-престижных. Кому охота пить неправильное или не контролировать своё будущее? Вот именно! Значит, надо покупать.

Именно поэтому производители предпочитают вкладываться гораздо больше в бренд, чем в реальный товар. Ощущение такое, что товар – всё больше превращается в докучный придаток к бренду. Успешные предприниматели – это те, кому удалось реализовать такую схему: раскрутить бренд, а потом продать его. И отдыхать. И это логично. Раскрученный сильный бренд стоит в наши дни гораздо больше, чем фабрика, производящая соответствующие товары. Фабрика, производившая когда-то сковородки и пр. под маркой «Тефаль» давно закрылась, сама фирма, кажется, разорилась. А бренд – продан. И продолжает жить и зарабатывать деньги своим хозяевам.

То, что вкладывают больше в бренд, чем в физическую реальность, приводит к вполне прогнозируемому результату. Реклама становится всё более затейливой, а товары – всё хуже. Ну да Бог с ними, с товарами! Лишний повод купить что-нибудь новенькое.

Брендируется в наши дни буквально всё. Включая такие вещи, которые вроде бы представляют собой чистую функцию, вроде швабры, унитаза или кастрюли. Тем не менее, и в этой области есть свои фавориты и аутсайдеры престижа. Однажды я познакомилась с одной гламурной дамой и оказалась у неё дома. ВСЕ предметы в ванной и на кухне у неё были самых дорогих брендов. Заметив, что я задержала на чём-то взгляд, она прокомментировала: «Я стараюсь, чтобы всё, к чему прикасается моя рука, было самой хорошей марки».

А недавно на занятии в нашей компании опытная продавщица наставляла новичков, как работать с клиентами:
- Скажите: «Да, это дорого. Но если Вы уважаете себя, вы непременно должны это купить».
Новички записывали в тетрадки.

И это сущая истина! Современный человек, когда покупает, платит не за свойства товара, а за прирост самоуважения, самооценки. В какой-то мере так было и раньше, но сегодня это явление разрослось и стало ведущим и глобальным.

Один из моих читателей, русский, живущий в Америке, написал, что таким манером покупают малограмотные «нигеры», а культурные и просвещённые выбирают рационально или им вообще наплевать на бренды. Не подвергая сомнению просвещённость и рациональность моего заокеанского друга, замечу, что не будь эти условные «нигеры» (любого цвета кожи) в подавляющем большинстве среди любого народа – реклама бы не апеллировала к эмоциям и инстинктам. А она … м-да… апеллирует. А у неё чутьё – собачье. Или даже рысячье. (Говорят, что сибирские охотники иногда приручали рысь, и тогда она оказывалась гораздо лучшей помощницей на охоте, чем собака из-за своего выдающегося чутья; только вот приручить её трудно, но это так – к слову).

Почему именно сегодня людям так исступлённо нужен бренд?

Это суррогат уважения. А уважение человеку очень нужно, нужно ощущение какой-то своей значимости, ценности. Без этого невыносимо жить. Недаром выпивохи выясняют вечный вопрос: «Ты меня уважаешь?». Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке: уважения хочется каждому, но на трезвяк об этом помалкивают.

А за что его уважать-то – безвестного офисного сидельца, песчинку гонимую ветром? Да и кто будет уважать? Его и знать-то никто не знает. Он живёт в маленькой клеточке блочной громады, не зная ни соседей, ни жителей своей улицы – никого. Он не принадлежит ни к какому сообществу по месту жительства – это факт известный-преизвестный. По месту жительства он просто ночует: недаром районы блочных громад прозваны спальными. Он мотается на работу, отдавая транспорту изрядную часть своих силёнок, но и работа редко даёт толику уважения. Прежде всего, для огромного большинства работа эта – нечто случайное и временное. У него чаще всего и профессии-то никакой нет, разве что диплом какого-нибудь «финансово-юридического». Посидел здесь – пошёл туда. Современная мудрость советует менять работу не реже раза в четыре года. Вот он и меняет. Или она его меняет – такое тоже бывает. В общем, как ни хорохорится современный горожанин, а самоощущение социальной пыли его преследует. А ведь хочется, чтоб уважали, чтоб ты принадлежал к какому-то кругу, сообществу, и не к абы какому, а к кругу ценных и значимых. Уважали чтоб…

И тут на помощь приходит бренд. Приходит на мягких лапах, под видом друга. Как алкоголь, как «прозак». «Купи Х, - шепчет бренд – и тебя будут уважать». И он покупает. В первую очередь, разумеется, наш герой сам себя начинает больше уважать, потому что другим-то на него наплевать. «Мало того, - шепчет бренд, - ты будешь принадлежать к кругу избранных, которые тоже покупают Х. Ну, пускай не избранных, но всё-таки и не завалящих. Не замухрышек-нищебродов-замкадышей. Ты уже не один – ты с нами. С этими, у которых Х.»

Это даёт надежду. На что надежду? Ну, что парень, имеющий ЭТО, не может затеряться в жизни. И в конечном итоге всё будет Кока-Кола. А надежда она, сами знаете, дорогого стоит.

Это тоже своего рода болезненная приспособительная реакция к ужасу пустопорожней жизни – без смысла, без цели, без осознания себя.

Вот зачем нужен человеку бренд.

А глобальному бизнесу он нужен, чтобы впаривать:

- ненужное;
- втридорога;
- старое под видом нового;
- заурядное под видом выдающегося.


ЗАЧЕМ ЗАЖИГАЮТ ЗВЁЗДЫ?

Брендированные люди – это так называемые звёзды, celebrities. Это тоже явление нашего времени. Прежде их не было.

Прежде были талантливые актёры, выдающиеся изобретатели, гениальные учёные, замечательные писатели.

А звёзд не было.

Да, были люди очень известные, знакомые, что называется, «каждому культурному человеку», но, тем не менее, они не были звёздами. Льва Толстого знала вся Россия, да и весь мир. Моя бабушка рассказывала, как она девочкой плакала, что «умер Лев Николаевич», и вся Тула плакала, но звездой в современном смысле он не был. Он был «всего-навсего» великим писателем. Точно так, как Эйнштейн был «всего-навсего» физиком, а не звездой.

Что такое современная звезда? Это концентрированное и персонализированное выражение современного образа жизни. Что-то вроде человека-бутерброда, носящего на себе рекламу. Только бутерброд снимает её по окончании рабочего дня, а звезда – она с этим живёт. Тяжёлый труд, ничего не скажешь, впрочем, и доход хороший.

Звезда – это человек, разыгрывающий в режиме нон-стоп современную комедию из своей жизни. Звезда живёт напоказ, она практикует интенсивную личную жизнь, женится, разводится, рожает, а потом делит с бывшим супругом детей, переезжает на новое место жительства. Всё это чрезвычайно занимательно для простых людей, звёзды для них – роднее всякой родни. Здесь реализуется потребность перемыть кости соседям, которая с трудом осуществляется у современного человека, утратившего деревенскую завалинку или городскую коммунальную кухню. Заодно народу внушается, к чему ему следует стремиться: непрерывно что-то покупать, ездить куда-то на шопинг, менять машины и любовников, обставлять свои новые апартаменты – ну, вы меня понимаете.

Иногда звёзды прямо привлекаются к рекламе чего-то, но это не обязательно. Они рекламируют сам гламурный образ жизни: непринуждённый, зажигательный, полный изысканных наслаждений. А он уже сам собой предполагает наращивание потребления всё новых и новых модных, престижных, современных вещей.

Как это действует? А просто.
Такая-то звезда выставила коллекцию из 800 пар ставшей ненужной обуви и 400 сумок устаревших моделей. А ты, дура, сомневаешься, стоит ли покупать новую сумку, когда старая ещё ничего себе. А ну вперёд, раскошеливайся, если хочешь не навсегда отстать от жизни!

Звезда может быть условной певицей или актрисой, но это совершенно не обязательно. Певице-звезде не обязательно уметь петь. Более того, чересчур хорошо петь ей даже вредно: это может породить у слушателей комплекс неполноценности (я так не умею и никогда не научусь), а это мешает душевному единению со звездой, слиянию, самоидентификации. Если она умеет что-то, чего я не могу в принципе, может закрасться такая еретическая мысль: « У неё своя жизнь, а у меня своя, и нечего ей подражать», а это неправильно. Звезда должна быть близкая, своя, такая же, скажем помягче, простая и незатейливая, как та публика, на которую она звездит.

Я редко смотрю телевизор, потому мои впечатления от увиденного часто бывают довольно остры. Так вот меня долгое время удивляло: почему во всех этих ток- и прочих шоу знаменитые и гламурные дамы все без исключения обладают манерами уборщиц: такие же крикастые, так же вульгарно жестикулируют, кривляются? «Научили бы их что ли…» - мимолётно думала я. А потом поняла: так надо. Веди они себя как леди – они перестанут быть свойскими, им не захочется подражать. А звёзды зажжены именно для этого.

А всё это сценическое кривляние любимых и родных людей, в котором и ты сможешь поучаствовать, если купишь билет: похлопать потопать, поорать - всё это важная часть программы «острова Дураков». С одной стороны, чтоб туда пойти, уже надо быть изрядно обработанным, а с другой стороны, это мощное средство единения потребительского сообщества. Когда-то люди ходили на митинги и слушали любимых ораторов, сегодня они в меру сил участвуют в обезьяньих плясках любимых звёзд под музыку, воздействующую строго ниже пояса.

Важно понять, что это не ошибка, не плохое качество чего-то (музыки, вокала, чего-то там ещё). Здесь всё правильно, и качество - хорошее. Для данной цели –хорошее. Так надо. В конце концов, людей, умеющих петь, сколько угодно, но в звёзды их не привлекают. У нас в компании несколько бывших преподавательниц музыки. На наших вечеринках они поют на запредельно прекрасном по сравнению с современными звёздами уровне. Но это совершенно другая профессия.

Впрочем, бывают звёзды, и их, на мой взгляд, становится больше, и безо всякой профессиональной привязки. Звёзды в чистом виде. Они не поют, не танцуют, но они тем не менее – звёзды. Они просто «зажигают», показывая пиплу, к чему следует стремиться. Это некий ходячий образец современного поведения. К нам пришло американское выражение «икона стиля» - вот это оно и есть. Они изрекают сентенции, они учат жизни и не просто учат, но в качестве образца публично проживают свою жизнь. Так надо!

Заодно они учат всему на свете. Если раньше хотели сделать, положим, передачу о воспитании детей – приглашали учителя, о причёсках - парикмахера, о кулинарии – повара. Теперь эта отрыжка старого режима счастливо преодолена. Для всех перечисленных потребностей – приглашают звезду. Потому что она – обобщённый образец современного человека. Она знает всё, а чего не знает – того и знать не надо. Главное, что она знает: живи сегодня! Веселись! Зажигай! Потребляй!

Одна из таких звёзд, Ксюша Собчак, однажды сказала гениальное: «Одни люди радуются жизни, а ОСТАЛЬНЫЕ им смертельно завидуют». Не другие, а именно – остальные. Иными словами, есть только два типа поведения – правильное: зажигать, веселиться, потреблять и презренное: смертельно завидовать удачникам. «Иного не дано», как назывался давний сборник перестроечной публицистики.

Кто не снами, тот наш враг, тот должен пасть. Кто не хочет звенеть, гудеть и потреблять – тот саботажник, вредитель, враг народа. Он и впрямь враг современного миропорядка.

Поговорим об этом враге. Что он собой представляет?

ЛУЗЕР – АНТИПОД ЗВЕЗДЫ

Я уже где-то писала, что скоро человек, не желающий сменить ай-фон на новый, потому что и старый-то толком не освоил, будет приравниваться к вредителю и саботажнику. Он, в самом деле, подрывает существующий если не общественный и государственный строй, то уж экономический порядок – точно.

Этого вредоносного субъекта, как говорил старик Мармеладов, «не просто выгоняют, а и поганой метлой выметают из компании человеческой». И поделом ему: не мешай глобальному бизнесу в его гешефтах, а то ишь наладился – не надо ему, видите ли…

Для активной борьбы с врагом его надо прежде скомпрометировать – это закон любой войны. Наши - всегда чудо-богатыри, а враги – всегда мерзкие уроды, вызывающие одну лишь брезгливость.

Соответственно и враг современного миропорядка отвратителен, смешон и убог. Он называется лох, лузер и совок. Он не сумел встроиться в современный сияющий мир по причине своего недоумия, неспособности, непонимания. Ещё он болен завистью к УСПЕШНЫМ и мечтает об убогой совковой уравниловке. Поэтому жалеть его не стоит – его следует брезгливо презирать. Лучше держаться от него подальше, чтобы не заразиться духом лузерства, который от него исходит. Всё, что он вякает, не имеет никакого значения.

Зачем нужен этот образ?
Чтобы вовремя купировать любые сомнения. «Ты рассуждаешь, как лузер». А кому охота им быть? Вот именно. Значит, заткнись и тянись куда велят. Вот смысл этого персонажа.




[info]al_feel

2011-11-22 03:18 pm (UTC)
Спасибо! Очень привлекла меня первая часть вашей статьи, где вы говорили о потребностях. Как я понял, вторая часть - это уже частности, примеры болезни общества.

Поразмыслив над первой частью статьи, я пришел к выводу, что реализация базовых потребностей золотого миллиарда привело к кризису: нет потребности - нет спроса. И в силу инерции мирового бизнеса как выход из тупика была создана модель потребительского общества. То есть основание пирамиды потребностей стало искусcтвенно расширяться усилиями маркетинга. Таким образом, потребительское общество - само по себе уже кризис, уже болезнь.

Я вот, когда вернулся прошлой осенью из дальней поездки, изрядно наголодавшись и устав, целый месяц ел гораздо больше, чем обычно - больше, чем до того и чем сейчас. По себе помню: живот уже сыт, а рот требует еще и еще. Поправился на 5 кило за две недели. В моем случае закончилось заворотом кишок, строгой диетой и нормализацией обмена веществ.

Мне кажется, современный потребитель - это такой же больной человек, которому уже и не нужно, а он все жрет и жрет. И что самое главное: высшие потребности человека остаются незадействованными. Стимулируются аппетит, примитивные амбиции, похоть само собой.

Следовательно, с точки зрения экономики, выходом из кризиса должна быть такая модель общества, при которой и простые люди, и промышленность, и предприниматели, и наука будут мотивированы создавать и реализовывать высшие потребности - в любви, в самореализации и жертвенности, в стремлении к истине и красоте.

Ведь желание пожертвовать себя или свой труд - это тоже потребность! Честный человек в критический момент не может не закрыть грудью амбразуру, не может не броситься в реку спасать утопающего - потому что только так он сохранит мир в своей душе, только так его потребности будут удовлетворены.

Следовательно, нужно дать человеку броситься на амбразуру - дальше он все сделает сам, и человечество ждет тот великий прорыв, о котором так грезили фантасты середины 20-го столетия. К тому же, у такого здорового человека будет куда более гармоничное душевное состояние, чем у "идеального потребителя".



ура, товарищи! Спасибо Рысь!

[info]andreykaminskiy

2011-11-24 05:26 am (UTC)
Какие интересные статьи пишет Рысь! Я воодушевлен. Еще вчера я мучал себя мыслями «что делать», а сегодня я уже почти знаю что, а главное, благодаря Рыси я понимаю как. Нет, когда я читал Котлера я тоже понимал, что маркетинговый подход лучше, экономичней чем совершенствование производства или товара, эффективней чем просто совершенствование комм. Усилий (друзья , я пойму Вашу иронию – для Вас это азбука :)) . Но любая книга, даже хорошая – это теория. А Рысь своими наблюдениями мне показала, что это практика. И все как-то стало складываться в одну картинку. Бренд, товарищи, бренд, и еще раз бренд!
Не все вопросы можно решить брендированием (наверное к счастью). А то что не продается брендированием…Боже, до чего же я все усложнял! Я бы крикнул – эврика!, но нашел не я. Все давно найдено, это я тормозил.



http://domestic-lynx.livejournal.com/50877.html

Читать по теме

1.Эрих Фромм "Иметь или быть" и "Анатомией человеческой деструктивности"...

2.Рей Бредбери "451 по фаренгейту"
В рассказе общество, в котором люди должны не думать, пребывать постоянно в весельи, смотреть и участвовать в шоу.
Пожарные там не тушат пожары, а сжигают книги и те у кого их находят получают путевку не помню то ли в психушку, то ли в тюрьму.
Шикарный рассказ - несколько раз его перечитывал!

3.Шекли - гений
У него где-то в 60-х годах был рассказик именно про это, к сожалению, названия сейчас не помню. Именно про эту реальность потребительства и имиджетесрства. Про эту патологическую страсть казаться, а не быть.

4.Есть чудная детская книжка Марчелло Арджилли "10 городов". На русском она вышла в 70-х. "Олбанский" язык, кстати - оттуда. Так вот, глава о городе Суперстар - то же, что ВЫ написали о "звёздах". Не дословно, конечно, по смыслу.

5."Футурулогический конгресс" Лема.
Тайная история запланированного устаревания вещей.
смотреть 50 минут http://www.youtube.com/watch?v=o9sWzhSD ... re=related

Вопрос. По какой это линии и на каком языке можно сговорится за спинами многих стран ? Вот вам и свободный рынок и швабодная рыночная экономика. И что мы, собственно говоря знаем о Евреонале??? Миром правит одна гигантская «суперкорпорация» – Евреонал!

ЗЫ: почитайте труды Генри Форда о Международном Еврействе, он как раз в тот период жил и всё грамотно описал. А про гешефтную бизнесс модель нашего времени хорошо написано у Джона Перкинса в «Исповедь экономического убийцы».



Содержание фильма


Когда разумность вытесняется алчностью, возникают безумные идеи, иногда оказывающие влияние даже на социум. Когда-то некие хитрецы решили производить менее качественные товары, чтобы они быстрее ломались и заменялись новыми...



Тайная история запланированного устаревания вещей!

«Если товар хорош, его перестают выпускать»
Закон Хебпока (из «Законов Мерфи»)

Почему часто вещь ломается, как только за неё погашен кредит? Почему однажды принтер перестаёт печатать, а у iPod садится аккумулятор? Почему в одном из пожарных депо США лампочка горела более 100 лет и пережила две современные видеокамеры наблюдения? Почему раньше с помощью нейлоновых колгот можно было брать на буксир автомобиль, а сейчас они рвутся после нескольких раз носки?

На днях мне попался на глаза один очень интересный фильм про то, как некая организованная сила контролирует в глобальном масштабе производство всех товаров широкого потребления. От лампочек до автомобилей – все эти товары у них под контролем, независимо от производителя, страны, конкуренции, свободного рынка и политической окраски.

Наша роль в этом обществе состоит в том, чтобы покупать в кредит ненужные нам товары. В нашем обществе доминирует так называемая экономика роста, суть которой состоит не в росте с целью удовлетворения запросов потребителей, а роста ради роста. Если потребители не будут покупать, экономика не будет расти. Запланированное устаревание базируется на желании потребителя приобрести чуть более новый товар, чуть ранее, чем это необходимо. Вот основные постулаты экономики так называемого запланированного устаревания.

Этот фильм расскажет о том, как запланированное устаревание предопределяет ход нашей жизни ещё с 20-х годов XX века, когда производители начали сокращать долговечность своих товаров с целью повысить потребительский спрос. Фильм расскажет о том, как дизайнеры и инженеры были вынуждены приспосабливаться к новым задачам и нормативам.

В 1972-м году сотрудники одного из пожарных депо в штате Калифорния обнаружили, что одна из лампочек в их депо – очень необычная. Эта лампочка непрерывно горит в депо с 1901 года. Забавно, что эта лампочка пережила две новейшие камеры видеонаблюдения. В 2001-м, когда лампочка отметила свой 100-летний юбилей, местных жителей на празднование весёлого дня рождения в американском стиле собралось под тысячу! Она была изобретена в штате Огайо в 1895-м году весьма интересными дамами и джентльменами, вложившими средства в эту компанию. Нить накаливания изобрёл Адольф Шайе (Adolphe A. Chaillet). Он изобрёл долговечную нить накаливания. Никто не знает секрет долговечности, он унёс его с собой в могилу.

Но формула долговечности нити накаливания Адольфа Шайе – это не единственная загадка в истории электролампы. Гораздо более интересный вопрос, как скромная лампочка стала первой жертвой запланированного устаревания. В рождество 1924-года произошло одно весьма знаменательное событие. Несколько мужчин в строгих костюмах скрытно собрались в Женеве с целью разработки секретного плана. Они создали первый всемирный картель. Его целью было установление контроля над производством электроламп и раздел мирового рынка. Этот картель назывался «Феб». Он объединил ведущих производителей Европы, США и даже далёких колоний в Азии и Африке. Его целью был обмен патентами, контроль производства и, прежде всего – контроль потребительского рынка.

Компаниям было выгодно, чтобы их лампы покупали регулярно. Им было экономически нецелесообразно производить долговечные лампы. Изначально производители стремились увеличить долговечность своих ламп. 21 октября 1871-го года, после серии опытов, были созданы малогабаритные относительно долговечные лампы с прочной нитью накаливания. Первая коммерческая электролампа Томаса Эдисона (Thomas Alva Edison) появилась в продаже в 1881-м году. Срок её службы достигал 1,5 тысячи часов. В 1924-м году, когда был основан картель «Феб», производители с гордостью отмечали, что им удалось довести срок службы ламп до 2,5 тысяч часов. И тогда члены «Феб» решили: нужно сократить срок службы ламп до 1000 часов. В 1925-м году был создан так называемый «Комитет 1000 часов», целью которого было снижение долговечности ламп до 1 тысячи часов.

80 лет спустя, берлинский историк обнаружил доказательства деятельности комитета, скрытые в документах фирм-основателей картеля. Например, голландской Philips, немецкой Osram и Французской ламповой компании. Мы располагаем документом картеля, который гласит: «Запрещается гарантировать, рекламировать и предлагать лампы, срок службы которых превышает тысячу часов». 1000 часов – определение срока службы электролампы.

Под давлением картеля, производители начали проводить опыты и работать над созданием менее долговечной лампы, которая служила бы не более 1000 часов. Производство ламп велось под строгим контролем, чтобы проследить за соблюдением требований картеля. Был создан целый бюрократический аппарат для слежения за компаниями. Если их ежемесячные отчёты не соответствовали нормативам, с них взимались штрафы. Эти меры привели к неуклонному снижению срока службы ламп. В течение 2-х лет он сократился с 2,5 до 1,5 тысяч часов. К 40-м годам картель достиг своей цели: срок службы ламп сократился с 2500 до 1000 часов.

Можно понять эти меры в 30-х годах, ведь тогда мало кого заботили вопросы экологии. Тогда ещё мало кто понимал, что природные ресурсы планеты далеко не безграничны. Так, по иронии судьбы, лампа накаливания, которая всегда воспринималась, как символ технических инноваций, стала пробным камнем системы запланированного устаревания.

В последующие десятилетия изобретатели запатентовали тысячи изобретений новых ламп, срок службы некоторых доходил даже до 100 тысяч часов! Но ни одна из них не поступила в продажу.

«Феб» никогда не существовал официально, хотя и не слишком скрывал свою деятельность. Его методом маскировки была постоянная смена названия. Вначале он именовал себя «Всемирным электронным картелем», а затем вновь и вновь менял название. Кстати, это учреждение существует до сих пор!

Запланированное устаревание возникло одновременно с массовым производством и обществом потребления. Стремление производить менее долговечные товары зародилось в эпоху промышленной революции, когда машинное производство резко снизило себестоимость товаров, что само по себе было благом для потребителей. Но потребители не поспевали за темпами производства, они были гигантскими. Уже в 1928 году влиятельный рекламный журнал предупреждал: товар, которому нет износа – это трагедия для бизнеса. Массовое производство повысило доступность многих товаров. Цены снижались. Многие стали покупать не по необходимости, а ради развлечения. Экономика процветала.

И вот… крах фондового рынка, начинается паника. В 1929 году формирование общества потребления приостановилось, поскольку биржевая паника ввергла США в экономическую рецессию. Безработица достигла чудовищных масштабов. В 1933 году четверть трудоспособных американцев лишилась работы. Очереди уже стояли не в магазинах, а на биржах труда.

В Нью-Йорке родилась революционная идея оживления экономики. Бернард Лондон, крупный торговец недвижимости, предложил обуздать депрессию путём введения обязательного запланированного устаревания. Тогда эта концепция впервые была высказана в письменном виде. Бернард Лондон предложил установить для каждого товара срок годности, по истечению которого будет запрещено пользоваться товаром, и владельцы будут обязаны его сдать для последующего уничтожения товара.

Он пытался достичь равновесия между капиталом и рабочей силой, создать постоянный спрос для новых товаров, постоянный спрос на рабочую силу и постоянную прибыль капиталистам. Лондон считал, что принудительное запланированное устаревание товаров даст толчок промышленности и потребительскому рынку и обеспечит всех работой.

Запланированное устаревание – это желание потребителя приобрести новый, более современный товар чуть ранее, чем ему это необходимо. Свобода и счастье, достигаемое безудержным потреблением, стали образцом жизни Америки 50-х годов и основополагающими столпами нынешнего общества потребления. Без запланированного устаревания не было бы ни огромных гипермаркетов, ни товаров, ни индустрии, ни дизайнеров, ни архитекторов, ни продавцов. Не было бы уборщиков и охранников, все остались бы без работы.

Как часто вы меняете свой мобильный телефон? Раз в полтора года, раз в год? В наши дни запланированное устаревание стало обязательным пунктом в учебных программах школ дизайна и инженерии. Начиная с 1950-х запланированное устаревание стало основой стремительного экономического роста западных стран. С этого момента рост стал священной целью нашей экономики.

− В нашем обществе доминирует экономика роста, направленная не на удовлетворение запросов потребителей, а на рост ради роста, на постоянный рост, приводящий к безграничному росту производства, – говорит Серж Латуш, известный критик экономики роста, подробно описавший её механизм. – А чтобы оправдать объёмы роста производства, надо увеличить объём потребления. Для этой системы необходим искусственный спрос, создаваемый тремя путями: рекламой, запланированным устареванием и кредитом.

− В нынешнюю эпоху наша роль состоит лишь в том, чтобы покупать в кредит ненужные нам товары. В этом нет ни малейшей логики, – говорит другой критик запланированного устаревания.

Критики экономики роста отмечают, что она недолговечна, поскольку в её основе заложено внутреннее противоречие:

− Верить в возможность бесконечного экономического роста, то есть верить в безграничность земных ресурсов, может либо дурак, либо экономист. Беда в том, что теперь все мы стали экономистами.

− Зачем каждые три минуты выпускают новый товар? Разве это необходимо? Многие уже поняли, что так дальше жить нельзя. Хотя политики призывают их идти в магазины и покупать товары, поскольку это наилучший способ дать новый толчок экономике.

− Общество потребления напоминает гоночную машину без водителя, которая мчится на бешеной скорости. И скоро то ли врежется в стену, то ли свалится в пропасть.

Что испытывают инженеры, намеренно сокращая долговечность изделий?

В 40-х годах химический гигант DuPont сообщил о революционном открытии – синтетической ткани – нейлон. Женщины несказанно радовались прочным долговечным чулкам. Но их радость была короткой. Когда был разработан нейлон, из него были изготовлены чулки, и сотрудникам отдела нейлона предложили взять их домой и предложить жёнам, подругам. Химики DuPont были настолько горды своим достижением, что даже мужчины хвастали прочностью нейлоновых чулок, используя их для буксировки автомобилей. Беда заключалась в том, что они были слишком долговечными. Женщины были очень рады, что на них долго не появлялись стрелки, но, к сожалению, это означало, что объёмы продаж чулок будут очень невелики.

DuPont дала своим сотрудникам новое указание: вновь встать за кульманы и разработать менее прочные волокна, чтобы чулки стали менее долговечными. Талантливые химики, которым удалось создать прочные чулки, теперь, подчиняясь духу эпохи, делали их менее прочными и долговечными. Вечное волокно исчезло с завода.

Что же испытывали химики DuPont, намеренно сокращая жизнь своего детища? Перед инженерами встал острый нравственный вопрос: запланированное устаревание привело к пересмотру их нравственных ориентиров. Есть инженеры старой школы, которые стремятся разработать максимально долговечный товар, который не ломается. Инженеры новой школы, попавшие под влияние рыночных тенденций, заинтересованы создать менее долговечный товар.

Новая школа одержала верх над старой. Потребители не знали, что по другую сторону железного занавеса в странах восточного блока экономика прекрасно обходилась без запланированного устаревания. Коммунистическая экономика основана не на свободном рынке, а на государственном планировании. Она была неэффективной и страдала от постоянного дефицита ресурсов. При такой системе запланированное устаревание теряло смысл. И в ГДР, стране с наиболее эффективной коммунистической экономикой, официальный стандарт срока службы стиральных машин и холодильников равнялся 25 годам.

В 1981 году в восточном Берлине выпустили особо долговечную лампу. Её стали предлагать зарубежным покупателям в западных странах. Когда производители электроламп из Восточной Германии представили свой товар на Ганноверской ярмарке 1981-го года, их коллеги из ФРГ сказали им: «Вы останетесь без работы». А инженеры из ГДР им ответили: «Нет, наоборот. Мы добились экономии энергии и вольфрама. Теперь нам работа гарантирована!» Западные покупатели отвергли эту лампу. В 1989-м году пала Берлинская стена. Завод был закрыт, и производство долговечных ламп прекращено. Сейчас их можно увидеть лишь на выставках и в музеях. Через 20 лет после падения Берлинской стены культура безудержного потребления охватила и Восточную Германию. Но с одной разницей. В эпоху Интернета потребители поднялись на борьбу с запланированным устареванием.

Запланированное устаревание создаёт огромный поток отходов, которые отправляют в страны третьего мира. Например, в Гану. Вот уже девять лет, как в Гану один за другим приплывают корабли, груженные контейнерами с отходами электроники. Это устаревшие компьютеры и телевизоры, которые в развитых странах уже никому не нужны.

Международный закон запрещает вывоз электронных отходов. Однако торговцы применяют нехитрый приём: они классифицируют эти отходы как подержанные товары. Свыше 80% таких товаров, прибывающих в Гану, не подлежит ремонту, и содержимое прибывших контейнеров отправляется прямиком на свалку. В бедных странах чинят все поломанные товары, идея выбрасывать товар лишь потому, что он сломался, кажется им безумной и возмутительной. В Индии есть такое слово «джугад», означающее традицию чинить поломанные вещи, каким бы сложным ни был их ремонт.

С запланированным устареванием можно бороться и путём пересмотра принципов разработки и производства потребительских товаров. Новая концепция «От колыбели к колыбели» утверждает, что если заводы будут работать в гармонии с природой, то запланированное устаревание само станет устаревшим.

Охрана окружающей среды всегда подразумевает экономию, сокращение производства, отходов и ущерба, наносимого природе. Но посмотрите на весеннюю природу, на цветущую вишню: она ничего не экономит и не сокращает. Природа – величайший производитель, но увядшие лепестки, листья и всё остальное, ставшее ненужным, – это не отходы, они питают другие организмы. Это – замкнутый цикл. Природа производит не отходы, а питательные вещества.

Промышленность может воссоздать этот безупречный природный цикл. Если недолговечный товар создан из вредных веществ, он лишь усугубляет проблему отходов, а если он создан из питательных веществ, то будет приносить пользу, даже отслужив свой срок. Но, по мнению более радикальных критиков экономики роста, одной перестройки производства будет явно недостаточно. Они пытаются перестроить всю экономическую систему и всю нашу систему ценностей. Эта концепция называется антирост.

Антирост – это дерзкий лозунг, который призывает избавиться от иллюзорной веры в возможность бесконечного роста, доказывая необходимость оздоровления общества. Суть антироста можно выразить одним словом: сокращение. Сокращение экологического ущерба, сокращение объёма отходов, сокращение непомерного производства и потребления. Сократив производство и потребление, мы обнаружим, что есть и иные формы богатства, которые не требуют поглощения природных ресурсов. Например, друзья и знания.

Наша самооценка и самоуважение стали всё больше опираться на обладание материальными благами, поскольку рухнули прежние ценности, определявшие степень нашего благополучия. Например, уважение окружающих, единение с природой и прочие духовные ценности, вытесненные потребительством. Если счастье определяется лишь уровнем потребления, то мы должны быть абсолютно счастливы, поскольку потребляем в 26 раз больше, чем во времена Маркса. Но все опросы показывают, что мы не стали в 26 раз счастливее. Поскольку счастье – это, конечно, субъективное понятие.

Критики антироста опасаются, что он разрушит современную экономику и ввергнет нас назад, в каменный век. Возвращение к экологическому балансу, при котором человечество влияет на экологию не больше, чем силы самой природы, не означает возвращение в каменный век. В масштабах такого государства, как Франция, оно означает возвращение к уровню 60-х, но уж никак не к каменному веку.

«Мир достаточно велик, чтобы накормить досыта всех людей, но он слишком мал, чтобы насытить человеческую алчность». (Ганди)

Эффект лампочки. Тайная история запланированного устаревания. Застарелый конфликт между производителями и потребителями продукции в современном обществе. Суть его заключается в том, что первые намеренно сокращают срок службы выпускаемых товаров, заставляя вторых почаще наведываться в магазин. В противном случае производство станет просто нерентабельным. Вот почему современные лампочки перегорают так часто, а старинные до сих пор работают.

Фильм о конфликте между производителями и потребителями: первые намеренно снижают срок службы, чтобы вторые почаще наведывались в магазин.

http://www.youtube.com/watch?v=1OYi6M-I ... re=related
Застарелый конфликт между производителями и потребителями продукции в современном обществе - тема популярного фильма Козимы Данноритцер. Суть его заключается в том, что первые намеренно сокращают срок службы выпускаемых товаров, заставляя вторых почаще наведываться в магазин. В противном случае производство станет просто нерентабельным. Вот, почему наши лампочки перегорают так часто ...

Изображение


скачать звуковую дорожку (2 части по 7,5 МБ):
http://yadi.sk/d/DbNaw7g315pXK
http://yadi.sk/d/swwDhRXb15pZU

смотреть:
http://www.dokfilms.org/news/ehffekt_la ... -09-26-876
http://dokonline.com/dokumentalnie-film ... aniya.html

скачать видео (533,5 МБ):
http://narod.ru/disk/20823857001/Compra ... r.avi.html

торрент:
http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=3677304
Платон Беседин


Когда кончатся нефть и газ
Страна, как развалившийся барин, почивает на диване, питаясь соленьями и вареньями из старых запасов

Начало сентября я провёл в настоящей русской деревне. Выйдешь в поле – опьянеешь от ароматов: тысячелистник, клевер, чабрец, зверобой – настоящая зелёная аптека. А дальше малахитовой стеной высятся густые брянские леса, спасшие тысячи русских людей.
http://f15.ifotki.info/org/c3274cbfd346 ... 290071.jpg

Трапезничали во дворе под раскидистой яблоней. Убирая со стола, я смахнул остатки хлеба в мусор. И тут же услышал от бабушки:

– Ты что делаешь, внук? Страшный грех – хлеб выкидывать!

– Это же крошки, ба!

– В Сталинграде такие были бы счастьем!

Истории про отношение к хлебу во время войны я слышал часто. Но в такие моменты почему-то всегда вспоминал роман «Сердца четырёх» Сорокина. То место, где ветеран рассказывает мальчику о хлебе, а затем начинается постмодернизм. Наверное, потому и не трогает меня подобное, не будоражит сознание:

– Знаю, знаю, ба…

На следующий вечер, когда ситуация повторилась не только с хлебом, но и с остатками еды, дед предложил прогуляться к озеру. И рассказал историю. Рассказал судорожно, болезненно, точно девица, которая никак не разродится.

Продовольственные бригады пришли в поволжское село, где он жил, в тридцать втором. Реквизировать хлеб. Подчистую. Искали даже в отхожих местах, тыча палками с желобами; попадёт зёрнышко – будешь наказан.

Есть стало нечего. Разваривали лебеду, толкли бунзуки, ловили сусликов, а после перешли на лягушек. Ими часто травились, но всё равно ели.

После, когда не осталось ни травы, ни лягушек, начали пухнуть с голоду. Превращаться в мешковидные тромбы. И умирать. Дизентерия, тиф, малярия. Пожарные команды сваливали трупы в ямы. К мёртвым попадали живые. Попадали и пытались есть. За каннибальство вешали, но он стало нормой.

Дед, семилетний пацан, пришёл домой, на печке лежит распухшая мать, стонет:

– Я тебя съем…

В слёзы, рыдания. Хорошо, что отец подоспел. Забрал. Сели у соседей, стали думать, как выжить. И тут одна древняя бабка вспомнила: «Идите на кладбище. Я видела, как там поповскую жену хоронили. На ней золото было».

Пошли на кладбище. Отыскали, раскопали могилу. На трупе – кольцо, крестик, серьги; всё золотое, массивное. Надо идти до ближайшей управы, обменивать. Золото сдали, а взамен получили два пуда зерна, два килограмма селёдки, одну сайку хлеба и кусок масла. Тем и выжили.

– А ты фыркаешь, – закончил рассказ дед, – то не ем, это не буду, да все объедки выкидываешь…

Он договорил и пошёл спать. А я сидел, думал, сколько всё это: масло, селёдка, зерно, хлеб – может стоить сейчас? Какие эмоции вызовет?

Сижу в гостях, день рождения отмечаем. После застолья помогаю убраться. Хозяйка сваливает остатки с тарелок в мусорное ведро. На мой удивлённый вопрос «может, собаке отдать?» реагирует болезненно, нервно. И, правда, у них шпиц отварную печёночку наворачивает, а тут я со своими советами. Нет, прошли времена, когда Вера из «Вокзала на двоих» остатки по судочкам аккуратно раскладывала. Теперь это и не еда уже вовсе. Хоть и можно такими объедками половину детей Замбии накормить.

Ощущение такое, словно большинство русских превратилось в хохлов (не в украинцев, а именно в хохлов), которые если не съедят, то понадкусывают. А после выкинут как использованное.

И бабушка не скажет, что грех – хлеб выкидывать. И дедушка историй им не расскажет. А если кто и заговорит, то слушать не будут. Даром, что своего ума – на пентхаусы, иномарки и айфоны ведь заработали – хватает. Ну а хлеб, что за еда? Тут деликатесы, гарсон, подавай.

Заели, очаровали вау-факторы по Пелевину, потому и фотографируют то, что едят.

Культ еды повсеместный. Какой телеканал ни включи – готовят, жуют с паузами на скабрезные шутки. Приросли к плитам, столам – ну, точь-в-точь хищные гидры. Журнальные, книжные развалы – в «Тысячах рецептах» и «Вкусно готовим».

Секта чревоугодников пробует бегло, нагло, на зуб. Боятся не успеть, пропустить, а вдруг не достанется? Вдруг снова очереди за колбасой? Но нет – фух, слава богу! – товара хватает. Но то ли колбаса не та, то ли вкусы изменились – удовольствия нет.

В восьмидесятые Гребенщиков пел о море информации, в котором мы все тонем. Времена изменились, теперь помимо информации мы тонем в море едва использованных вещей, закольцованные, запрограммированные на один большой секонд-хэнд.

Моя однокурсница, заочница, перед родами купила девочке несколько десятков распашонок, бодиков, комбинезонов и прочего роддомовского добра. Куда столько, если через месяц они будут малы, для чего?

Наверное, чтобы дочка от мамы не отставала. Мама-то модная. Как и другие мои однокурсницы. Каждый день стараются прийти в новом наряде.

Эколог глядел, глядел на такое, а к концу семестра не выдержал: дал яростную лекцию о потребителях, которые джинсы три раза наденут, а потом выкинут, да телефон меняют, едва новая модель выйдет.

Когда я ходил на субботник, убирать район, то вместе с бутылками, окурками, банками, другими отходами находил какое-то дикое, невероятное количество обуви. Никому она не нужна.

Есть ведь своё. А ещё хочется нового, модного. Срочно купить, старое не успев отдать. Те, кого вспомнишь, не возьмут. А тех, кому нужно реально, не вспомнишь.

Любая улица города – продукты, одежда, техника, аптеки. Жрут, пьют, одеваются, а потом лечатся от всего этого.

Потребляют, потребляют, но не насыщаются. Говорят о прогрессе, но где он, если утрачено само понимание стоимости товара? Цена определяется чем угодно, но только не реальными производственными усилиями, не трудом.

Толстой полагал, что каждый обязан трудиться, создавать продукт самостоятельно. Он заразил толстовством тысячи людей, но и до него русский народ почитал труд не только материалистической, но и обязательной нравственной категорией.

Каждое утро моя бабушка поднимается, готовит, идёт на огород, поливает, ковыряется в нём. А я не понимаю:

– Отдохни, ба!

Смотрит на меня, точно безумие ляпнул:

– На том свете все отдохнём…

Трудиться значит жить. Данное понимание у русского народа всегда было системообразующим, базовым. Только через труд можно было осознать, понять жизнь.

Это потом засланные казачки и местные агитаторы внушили нам, что русский человек ленив и необязателен, не способен к труду и ищет, где бы сачкануть да пофилонить. Но если это было бы правдой, то смогли бы наши предки возвести всё то, что передали нам, всё то, что мы так ретиво и нагло доедаем?

В пивной компании, где я работал несколько лет назад, печатали только на чистовиках. Раз в месяц нам завозили грузовик бумаги. Когда я решил использовать черновики, получил выговор – мы что, нищие колоброды, бумагу позволить себе не можем?

Практически всё, что мы имеем – наследие предков. От водопроводной и электрификационной системы до медицины и армии.

Что за последние двадцать лет мы произвели, вырастили? Что дали себе, государству, детям? Где наши фактические достижения? Сколько фабрик, заводов построено? Сколько больниц, школ открыто? Сколько деревьев посажено?

Это ведь раньше нормой считалось посадить дерево, вырастить сына и построить дом. А теперь – вырубка, childfree и махинации. И вечные разговоры о том, что страна, в которую мы, видимо, попали случайно, нам всем должна. Не та страна, не тот народ, не те люди – самоуспокоительное бла-бла-бла, повторённое, точно мантра, миллионы раз миллионами ртов. Будто не твоя это страна вовсе и не ты часть своего народа.

Пора спросить себя, что ты стране должен.

Между тем, идея спасения – доминантная идея русского народа. Спасения себя и других. Прежде всего, будущих поколений. Но, похоже, впервые за долгие годы эта ключевая для народа идея утратилась, затерялась. И вместе с этим государство, нация попали в производственный коллапс.

Я оканчивал радиотехнический и психологический. Примерно двадцать из двадцати шести моих одногруппников работают в сфере торговли. С психологами – та же история. Торгуют, торгуют. Чем, если нет производства? Похоже, что воздухом. Барыжат друг другу, обличая его – сбылось пророчество постмодернизма – в деньги, которые, сколько бы на них ни молились, фактически ничего не стоят. Ведь за ними – абсолютная пустота.

Всё рухнет не тогда, когда у России кончатся нефть и газ – нет, всё случится куда раньше. Тогда, когда исчезнет последний работник производства. Он будет реликтом, он будет спасителем. Но и его уничтожит система. Завербуют в менеджеры. Или затянут в ди-джеи. Он станет частью единого обслуживающего персонала, который по совместительству будет зваться народом Российской Федерации.

К этому всё идёт. Страна, как развалившийся барин, почивает на диване, питаясь соленьями и вареньями из старых запасов. Цена жизни забыта, утрачена. Она априори не осознаваема в системе, где всё не имеет реальной основы и реальной оценки. А, следовательно, обречена и сама жизнь.

Так будет. Если старый хлеб не превратить в панировочные сухари.

http://www.chaskor.ru/article/strana_parazitov_34180
via http://sandra-nova.livejournal.com/724894.html#comments

« Экономика. Деньги.

cron
tumblr hit counter